Защитник Империи

— Ну что ж, в таком случае нужно посмотреть, что ты собой представляешь как боец при использовании стихиальной энергии, — поразмыслив, подвел итог беседе тьер Терон. — Если это правда для тебя не опасно, то почему бы и нет.

— Да, так и нужно сделать, — поддержали его близняшки. — Мы же легко можем оценить степень влияния такого способа усиления на физическое состояние Кэрридана. — И разве что ручки не потерли, ровно как бес свои лапки, предвкушая нечто интересненькое.

Экспериментаторши, блин. Ну да ладно. С близняшками я как-нибудь разберусь.

Главное, цель достигнута и с проблемой наполнения накопителя стихиальной энергией разобрались. Да и скрывать теперь ничего ни от кого не надо. Удачно сестры Вотс упомянули о подобных экспериментах по трансформе энергетики человеческого тела. Может, и правда кто-то из таких измененных у меня среди родственников имеется, а бес брешет, утверждая, будто я не человек?

Над этим я и размышлял до конца обеда. А потом мы вернулись на полигон. Тьер Терон проигнорировал высказанную Пройдохой житейскую мудрость о необходимости послеобеденного сна.

Хотя если брать по уму, то следовало бы полежать отдохнуть часок-другой.

Впрочем, с упырями мы больше не воевали, так что чрезмерных нагрузок не было. Немного потренировались на куклах, отрабатывая рубящие удары по конечностям, подырявили мишени из стрелометов. Остальное время провели в лабиринте, отрабатывая групповое взаимодействие, чтобы каждый знал свое место и задачу в бою, как сказал командир.

Все те же деревенские мужики, к которым присоединились еще полдюжины товарищей, изображали атакующих монстров.

А мы должны были своевременно пресечь их нападение из засады и не дать им добраться до близняшек и монаха. По сути, мы стали их охраной, а сестры, являясь основной ударной силой, просто выкашивали магией наших врагов. От нас практически ничего и не требовалось — лишь не мешать им да прикрывать от редких фланговых атак.

До позднего вечера на полигоне проторчали. Я даже подустал как-то малость… и ожил, неожиданно обнаружив, что перед мысленным взором не возникает прекрасное и такое неживое лицо Элис-Энжель, как было до сих пор, стоило лишь смежить веки.

На душе стало легче. Разум заполняли не мрачные воспоминания, а думы о странностях и непонятностях вокруг. Столько загадок с этим необычным отрядом и людьми, служащими в нем… Есть над чем поразмыслить, есть.

Вернувшись в таверну, мои сотоварищи опять закатили пир на весь мир. Впрочем, мне ли возражать? Проголодался я изрядно. Охотно и сам вложился бы деньгами в организацию застолья, если бы мне предложили.

Славный получился ужин.