Заставь меня простить

Да, детка, ты попалась и твоё лицо выдаёт тебя с потрохами, — и заканчивая тем, как ты кувыркалась, а может и продолжаешь, со Степаном.

Заканчиваю свой небольшой монолог и впитываю каждую её эмоцию. Не ошибся. Всё, что рассказала Вита, правда. Валя молчит, а я не спешу нарушать тишину, давая ей возможность собраться с мыслями и всё рассказать.

Она не спешит. Видимо, придумывает отмазку. Проходит ещё минут десять, прежде чем Валя нарушает молчание. Врёт! Каждое её слово — враньё. Рассказывает мне что-то о том, что она ни о чём не врала, она любит меня до гроба, а тогда… на новый год… я сам на неё набросился и трахнул.

— Неужели ты ничего не помнишь? — делает отчаянную попытку достучаться до меня. Нет, детка, не в этот раз.

— Рот закрыла, — гаркнул на неё так, что она сразу же примолкла.

— ТЫ. СЕЙЧАС. РАССКАЗЫВАЕШЬ. ВСЁ.

Чеканю каждое слово.

— Соврёшь хоть в чём-то… и о том, что ты сделала узнают все, начиная твоим отцом и заканчивая всеми деловыми партнёрами, поняла? Ты же понимаешь, чем это чревато, да?

Слабо кивает, но снова молчит. Меня бесит окружающая обстановка. Это ведь так просто. Открыть рот и рассказать всю правду. Информация хранится в голове, глубоко внутри мозга, её просто нужно достать и высказать.

И она опять врёт, говорит, что почти то же самое, но уже в новогоднюю ночь набрасываюсь на неё не я, а она на меня. Это враньё меня бесит, но я слушаю. Оказывается, никакого Стёпы у неё никогда не было, она ведь меня любит и ни-ни… да и не с кем. Не понимаю, она что? Реально думает, что я поверю в её пятилетний целибат?

Пока она рассказывает, слышу трель своего телефона. Достаю его из кармана брюк, снимаю блокировку и… у меня есть доказательства всего, о чём говорила Вита. Все документы у меня на смартфоне. Откуда они у Виты появились, я узнаю потом, а сейчас…

— Спасибо, родная, — говорю вкрадчивым тоном, — у тебя был шанс, — медленно встаю и обхожу стол, намереваясь выйти из кабинета. Меня здесь больше ничего не держит. Её слова и признания больше не нужны.

— Денис, — кричит мне вслед, — Дэн, я не вру.

Медленно останавливаюсь и поворачиваюсь к ней. Пристально смотрю в глаза и выдаю:

— Врёшь, Алина Гленова, врёшь.

Наслаждаюсь произведённым эффектом. Да, Валя. Это то, что ты должна была рассказать, но увы… Пока она стоит с шокированным лицом и выпученными глазами, я разворачиваюсь и ухожу, уже зная свой следующий шаг.

Медленно шагала по тротуару, в надежде хотя бы после прогулки собраться с мыслями и найти в себе силы поговорить с отцом. Мне было страшно. Не потому, что он накричит на меня или осудит. Я боялась, что он не поймёт. Нет, он всегда и во всём меня поддерживал, вторил моим начинаниям, но в этот раз я была не уверена. Наверняка у него сложилось своё видение семейной жизни Дениса.