Заставь меня простить

Я не знаю, как там так получилось, но они познакомились и начали встречаться. Дима уходил с ней на свидание, а я с Олегом. Всем было хорошо, но когда узнал мой отец, в общем, я не могла сознаться, что ребёнок от другого, сказала, что он от Димы. Ну, и Дима так думал, потому что… ну, мы, у нас было с ним раз.

— А что же этот Олег? Не выявил желания жениться на любимой?

— Я тоже убедила его, что ребёнок от Димы, ну, вот он и отстал, а следом и его мама соврала, так что всё было хорошо.

— Допустим, всё так. Почему ты не рассказала об этом сразу? Папа же знал, что я ему не родной. Так, стоп, — озарило меня мыслью, — папа знал, что ты встречаешь с братом Витыной мамы?

— Нет, — уверенно заявила мама, — нет, нет, нет. Он думал, что их знакомство случайно, так что ничего не знал и сейчас не знает. Денис, милый, давай не будем говорить об этом во всеуслышание.

— Мама, как же я устал от всего. Твои постоянные интриги, недоговорки. Считаешь, это нормально? Думаешь, можно вот так спокойно вершить чужие судьбы? Кого-то с кем-то знакомить, чтобы тебе было хорошо, выходить замуж за нелюбимого, убеждать его, что у вас будет ребёнок. Ты и после не слишком изменилась. Измена под носом у отца, скрывала от нас с Валей, что мы родные.

Я не мог в это поверить. Мама у меня, конечно, далеко не ангел, но такое враньё? В голове не укладывалось, как она так могла. Насколько же человек запутал интриги? Уверила папу, что я его сын, ничего не сказала о Витыной маме.

— Ты изначально знала, что Вита папина дочь? Знала, что у него где-то там растёт дочка и ничего не сказала? — до меня только сейчас это дошло.

— Денис, — тихо проговорила мама.

— Отвечай, мама, — впрочем, я уже и так знал ответ.

Её робкое «Да» только подтвердило догадки. Господи, неужели это реально? Неужели вот эта хитрая интриганка моя мама?

— Спасибо за честность, мама, — я резко встал, направляя к двери.

— Денис, — окрикнула меня, — давай поговорим.

— Не о чём разговаривать мама. Мне нужно подумать, — бросил я, открывая дверь и выходя на улицу.

Июнь радовал тёплыми днями, которые меня, к слову, совершенно не грели. На душе было противно и гадко. Вспомнил себя семнадцатилетнего. А ведь я тоже был взбалмошным, меня не интересовали чувства других, я жил только для себя и ради себя. Как и мама. Когда пять лет назад она рассказала обо всём, я был в глубоком шоке и ещё долго не хотел с ней общаться. Теперь я ещё больше понял, что был прав. И ведь она знала мою реакцию. Именно из-за неё просто взяла и свалила всё на Виту в надежде, что та просто уедет, не сказав ни слова. Сделает так, как когда-то её мама.

Молча открыл двери автомобиля, сел за руль и завёл мотор, направляясь к Вите. Хотелось просто весело провести с ней время, развлечь. Завтра у нас важный день.