Железные Рыцари. Легион

Ракеты явно подтягивались к нам, и если мы не успеем проскочить к земле — нас об неё неслабо долбанёт, просто «допинав». И мне — действительно конец, инерция и перегрузка. Их слишком много выходило, а они мощные, заразы. При этом именно вылетая, стартуя с планеты — нам на них фактически пофиг. Ну ускорят выход из атмосферы, или замедлят — не принципиально, больше трёх Же не выйдет.

— Ладно! Но если будет сбой — врубаю плоскость Минковского и вытаскиваю нас на орбиту! Так от тебя хоть что-то останется, дурачьё!

— Если будет сбой — буду тебе искренне благодарен…

— Вот то-то! И если выживешь, дурацкий Гален!

В общем, продолжили мы падение, даже слегка ускорили его, попыхивая ионниками.

На что преследующие нас ракеты явно «оживились» — чёрт знает, какая программа была в их системах наведения… программа!

— Понял. Ты — ДУРАЧЬЁ!!! Почему сразу не подумал⁈ — вредничал Бронзовый, просчитывая конфигурацию поля.

— А я — прекрасный и мудрый Инвиктус, с пилотом-недоумком, который на меня дурно влияет! И хорошо ещё, что не законченным дурачьём! — бурчало бронзовое орало.

Но дело делало. И когда ракеты оказались от нас в полутысяче метров — врубил поле, вызвавшее точечный распад молекул воздуха. Ничего страшного, даже плазменной рубашки толком не появилось. Но Электромагнитный импульс вышел на славу. И каким экранированием пользовались местные — непонятно. Но системам наведения ракет — хватило. Явно неуправляемые, вихляясь, они полетели хрен знает, куда.

Ну и войскам под нами досталось: «полевой лагерь» и вправду был, с местными поделками и явно трофейной легионной техникой. По нам, бывшим в километре от земли, постреливали.

После импульса — не прекратили, но куда стреляли — хрен знает. Точно не по нам, разве что в «нашу сторону», которая вверх. На полукилометре стрелки стали поточнее, но безрезультатно. А Эмик мысленно потянулся ко всем трём турелям.

— Пулемётные-то зачем⁈

— И запись отдадим. И расплачивайся за них, выслугой! — возмутился я. — Да и поубивают они там кого-нибудь. Не слишком жалко, но без смысла — зачем?

— Дурачьё! — страдал Эмик, но скинул только парализующую турель.

Причём не просто так — подкинул вверх, в «окно» в полях, сомкнул их, и подхватил бултыхающуюся «черепашку» защитным, от твёрдоструктурной кинетики и лучей, полем.

Ну и стали мы опускаться. Турель гудела, хреначила даже не лучами, а этакой голубоватой волной-туманом. И, к моменту, как мы опустились на землю, стрелять по нам было некому.

— Вот эти кузнечики! — обрадовался я.

Отряд в «бронзовоподобных» доспехах и с манипуляторами-толкачами, из полусотни человек, стоял, покосившись, на этих манипуляторах.