Отец подруги. Никто не узнает

— Ты скажешь сколько стоит консультация?

— Считай это моим извинением за все, что произошло. Тебя домой или еще куда?

— В университет, если можно. Нужно там отметиться, пока меня не отчислили.

На мои слова Дамир не отвечает, но спрашивает адрес универа. Я не собираюсь сегодня отсиживать пары, потому что в рюкзак с собой ничего не взяла для учебы, но планирую найти кого-то из подруг и узнать обстановку. Иди знай, может меня и правда уже собрались отчислить за прогулы без предупреждения.

До меня доходит, что я задумалась лишь тогда, когда начинает пищать приборная панель, сообщая о моем непредусмотрительном игноре ремня безопасности. Потянувшись к нему, тяну защелку вниз, пытаясь попасть в пазл, но из-за того, что я быстро собралась и не зачесала волосы, те сейчас падают в лицо и закрывают обзор.

Я тыкаюсь несколько раз, пока Дамир не берет все в свои руки. Накрыв мои ладони своей горячей, он с легкостью попадает в паз, даже не отвлекаясь от езды. Я же одергиваю руки, словно ошпаренная, быстро спешу отвернуться к окну, чтобы не было видно моей реакции. Она слишком… бурная. Сердце тут же разогналось до немыслимой скорости, по телу пробегает судорога, а во рту моментально становится сухо.

Меня до одури пугает такая реакция на кого-то противоположного пола. Потому что хоть у меня и мало опыта в отношениях, я подозреваю, что такая моя реакция и есть та самая искра, о которой все говорят. По крайней мере моя подруга Марина так рассказывала о своем новом парне. Она говорила, что рядом с ним у нее отключался мозг и она плавилась. Прямо как я сейчас. Вместо того, чтобы думать о чем-то существенном, мои мысли кружатся вокруг Дамира и того, как он ко мне прикоснулся. Решительно, слегка грубо, но так чертовски приятно.

— Здесь нормально будет?

За мыслями не замечаю, как подъезжаем к университету. Дамир останавливает прямо рядом со входом, а ведь я планировала просочиться незаметно. Теперь уже точно не получится, потому что сейчас как раз перемена и многие студенты на улице и наверняка заметят такую машину.

— Да, спасибо.

Собираюсь поспешно выйти, но понимаю, что Дамир еще не снял блокировку. Повернувшись к нему, чтобы попросить об этом, замираю, потому что его губы находятся в каком-то жалком миллиметре от моих…

Глава 32"

"Сердце мое ухает куда-то в пятки. Легкие лишаются воздуха, потому что кислород в них перестает поступать — я не дышу. Боюсь. Смотрю на четко очерченные губы Дамира и даже подумать боюсь о том, зачем он настолько приблизился ко мне. Мысль о поцелуе кажется настолько бредовой, что я гоню ее прочь. Потому что эта мысль не только бредова, но и желанна.

А затем раздается щелчок. Он словно оглушает меня. По идее этот звук должен быть тихим, еле слышимым, но он бьет набатом — Дамир расстегнул мой ремень.