Отец подруги. Никто не узнает
— А вот и она. Пап, познакомься, это Тася. Она поживет у нас некоторое время?— Что значит поживет? — чеканит ледяной мужской голос.— Она хорошая пап. Ответственная и скромная. Парней не водит. У нее ситуация сейчас такая, это ненадолго. Всего на пару недель.Мужские губы изгибаются в холодной усмешке, а меня бросает в жар. Отец моей подруги смотрит на меня с нескрываемым холодом. Он ни единому слову дочери не верит и у него есть основания.Мы с ним уже встречались. Дважды. И оба раза мне посчастливилось от него удрать. Я знала, что он ищет меня, но не думала, что найдет в собственном доме. Я вообще не знала, что этот дом принадлежит именно ему — Дамиру Булатову — самому опасному человеку города.18+Продолжение: Отец подруги. Наш секрет
У меня от одних цен глаза ползут на затылок. Хочется захлопнуть меню и больше никогда его не открывать, но я листаю, чтобы понять, что из этого могу себе позволить.
— У меня здесь скидка на все блюда, — сообщает Ульяна, возможно, заметив мое замешательство.
От этого только стыдно становится. Это ж надо! Настояла заплатить сама и не могу этого сделать.
— Заказывай, не стесняйся, Тай… Скидка о-о-чень большая.
Понимаю, что заказать что-то все же придется и выбираю салат и свежевыжатый сок. Надеюсь, это не выглядит так, будто я не могу себе позволить эти блюда, хотя… так ведь оно и есть! Я работать сюда пришла и Ульяна не может этого не понимать. И понимает, если брать во внимание тот факт, что она изначально предложила пообедать за ее счет.
— Я на минуточку, — Ульяна куда-то убегает, а когда возвращается, нам уже приносят блюда.
К счастью, она тоже заказала себе только салат и латте. Так что я на ее фоне не выгляжу нищенкой.
Хотя…
Кого я обманываю?
Выгляжу, конечно. Одеждой, дерганным поведением. Я знаю, что не в своей тарелке сейчас. Я, подобно другим официанткам, должна бегать по залу в униформе, а не сидеть за столом и заказывать блюда, на которые потрачу треть своей обычной зарплаты.
— Я и не думала, что встречу тебя вот так случайно! — говорит Ульяна, пережевывая листья салата. — Я же вернулась в художку! Через два с половиной года, но тебя уже там не было.
— Я знаю. Так сложилось.
Объяснять ей, что у родителей попросту не было денег, нет нужды. Ульяна не нуждается в деньгах, но она не глупая, сама все прекрасно понимает и видит.
— Ты забросила рисование? — спрашивает, внимательно меня рассматривая.
— Рисую иногда в свободное от работы время.
— По-прежнему от руки?
— Ну, да… а что?
— А то! — восклицает. — Сейчас все перешли на цифровые рисунки. Зарабатывают там ого-го! Я тоже пробую, хоть папа и называет это бесполезным занятием.
— Отчего же? Ему не нравится творчество?
— Нет, творчество ему как раз нравится. Ему не нравится, что этим занимается его дочь. Он видел меня в… более серьезной профессии.
За разговором с Ульяной я совершенно забываю о том, что у меня сегодня назначен ужин и если я хочу успеть, мне нужно заканчивать уже сейчас. Потому что если с Ульяной сюда я пришла абы как, то к Дамиру вот так выйти точно не смогу. Постараюсь одеться прилично, накраситься, уложить волосы. Отчего-то хочется его впечатлить. И будто чувствуя это, мой телефон оживает трелью звонка. Дамир…
Сердце разгоняется до предела, я перестаю слушать Ульяну и сосредотачиваюсь на цифрах на экране. Прокручиваю те в голове, запоминаю и жму на кнопку ответить, предварительно прося у Ули прощения и поднимаясь из-за стола, чтобы выйти на террасу. Не хочу, чтобы нас кто-нибудь слушал.

















