Золушка и демон

Хотел открыться уже после свадьбы, но ты не дала мне и шанса. То же самое касается Златы. Не сбеги ты из дома в день нашей свадьбы, я бы все тебе рассказал. Те слова, которые ты слышала, я произнес не по своей воле.

- Что? - я захлопала глазами, не зная, как реагировать на его запальчивую речь, - не по своей воле? То есть твои слова о том, что наш брак - формальность, что ты ее любишь, и отдашь ей на воспитание нашего ребенка. Все это было ложью?

Дэш поднял руку и коснулся пальцами моей щеки, вытирая непонятно откуда взявшиеся слезы.

- Эль, я расстался с ней в тот же день, когда мы с тобой проснулись в одной постели, - от воспоминаний у меня тут же запылали щеки, - она вернулась в Проточный и не беспокоила меня до той самой ночи, когда состоялся корпоративная вечеринка. Черт, да я даже ехать на нее не хотел, Славин упросил. Это она пригласила на нее журналистов, пообещав им эксклюзивные кадры, и принялась вешаться на меня при моих партнерах. Я не захотел поднимать шум и попросил охрану вывести ее из клуба. Злата устроила истерику прямо на улице. Приставила к своей шее маникюрные ножницы и начала угрожать. Я успокоил ее как мог, отвез ее к ней домой и вызвал туда врачей. Не обычных -Злата тоже не человек, она демонесса - а тех, что работает на Трибунал. Они, в этот же день, увезли ее в клинику. Потом я узнал, что у нее обнаружили какое-то психическое расстройство. Я не стал вдаваться в подробности. В день свадьбы, когда тебе стало плохо и я вышел за водой, я увидел ее в коридоре. С пистолетом в руке.

Услышав про пистолет, я заметно вздрогнула, Дэш обнял меня за талию, словно успокаивая.

- Она хотела убить тебя, потом, возможно, меня, или себя. Не знаю, что творилось в ее больной голове. Я предложил ей поговорить наедине, и она согласилась. Да я бы, мать ее, ей даже луну с неба пообещал, если бы это отвело от тебя опасность. Заговорил зубы, забрал пистолет, велел охране вернуть ее в больницу, и проследить, чтобы она оттуда больше не сбегала. А когда вернулся обратно в кабинет, тебя и след простыл.

Дура! Какая же я дура!

Каждое его слово разрывало меня на части. Хотела не верить, а не могла. По глазам видела, что не врет. Что именно так все и было. И от этого ненавидела себя еще сильнее. Три года. Три чертовых года я демонизировала демона - боги, какая-то грустная тавтология, получается - который ни в чем не виноват. Лишила его детей, а детей отца. Пошла на поводу у своих растрепанных чувств и заставила мужа, родных, лучшую подругу считать себя пропавшей без вести.

Хотелось биться головой об стену, но Дэш не дал. Подхватив меня на руки, он сел в кресло, и усадил меня себе на колени.

- Мне так жаль, - прошептала я еле слышно.

- Мне тоже, - он склонился надо мной и коснулся своим лбом моего, - три года без тебя провел как в аду.