ЗОНА НЕДОСТУПНОСТИ
Теперь мы завяжем потуже узел.
Всем стоявшим на палубе казалось, что судно вот-вот остановится. Путь в открытое море ему отрезан. Оно оказалось в ловушке. Минаев уже собирался отдать приказание спустить шлюпку на воду. Но произошло то, чего меньше всего ожидали советские моряки. Сделав крутой поворот, неизвестный катер внезапно устремился в восточный конец бухты. Капитан-лейтенант невольно досадливо крякнул.
— Да что они, с ума сошли!
Он понимал, что сейчас произойдет. Недаром тот конец бухты называют Акульей пастью. Именно там десятки судов закончили свои дни на острых камнях.
Взвилась еще одна ракета. Но было уже поздно. У валунов, куда несся катер, поверхность моря бурлила, кипела. Луч прожектора скользнул по мокрому блестящему ребру скалы. Почти подсознательно Минаев поставил ручку телеграфа на «полный назад». Гребные винты остановились, «большой охотник» вздрогнул, медленно попятился.
Взгляды матросов в это время были прикованы к иностранному катеру. Вот его подхватила зеленоватая водяиая гора, завертела, швырнула на иззубренный гранитный клык. Раздался треск, словно хрустнул орех. К небу взметнулся белесый столб пара, полетели щепки, рухнули мачты,-
— Доплавался, пират! — проговорил сигнальщик Гладков.— Верхним концом да вниз. На задорном буяне всегда шкура в изъяне...
8. Пограничники уходят в тундру
Карие с желтизной глаза пограничника старшего лейтенанта Саркисяна лучились юмором, под усиками сверкала белая полоска зубов:
— Так как же вам удалось их скрутить?
Мичман Ситников развел руками:
— Скрутили, и все! Сперва они, конечно, сопротивлялись А тут Печников со своими хлопцами поднапер с тыла.
— Да, крепкий народ у вас на посту. Вам бы только в пограничники! — проговорил Саркисян с теплотой в голосе.
Мичман Ситников спрятал улыбку в уголках губ. Он был польщен похвалой, хотя и считал свою службу ничуть не легче пограничной. Самое главное это то, что его подчиненные в тяжелую минуту показали выучку, выдержку, высокую дисциплину. Значит, и его труды не пропали даром.
...

















