ЗОНА НЕДОСТУПНОСТИ

Я уже пригласил девушек из дансинг-холла...

—   Ложусь на обратный курс...

Его перебил грубый сиплый голос:

—        Капитан Дженикс! Я плачу две с полови­ной тысячи. Поняли вы меня?

—       Три тысячи, черт побери, если вам удастся засечь установки! Пять тысяч! Но вы должны пробиться. Поднимайтесь! Они вас не достанут...

—        Слушаюсь, сэр. Пять тысяч... Они, кажется, отстали. Подо мной горный хребет.

Наступило молчание. Минута летела за мину­той. «Значит, прорвался...» Пастухов ясно пред­ставил себе, как чужой реактивный бомбарди­ровщик плывет на страшной высоте над тундрой.

Он вздрогнул, когда из наушников раздался вопль:

—       Они меня взяли в клещи. Будьте вы все прокляты!..

Снова воцарилось молчание. Пастухов с нетер­пением посматривал на часы. И когда он уже стал снимать наушники, в телефонах прозвучал хриплый старческий голос:

—        Эд! Отвечай, Эд! Это я, твой старый Джордж... Ты узнаешь меня? Эд!.. Эд, мальчик мой!.. Отзовись!.. Эд!..

Никто не отозвался на этот далекий, приглу­шенный расстоянием голос. И капитан первого ранга Пастухов понял, что никогда Эд не отзо­вется на этот призыв.

..

Он снял наушники и подошел к капитану Храпову.

—   Все! — облегченно сказал капитан. Его вы­сокий смуглый лоб был покрыт крупными кап­лями пота.— Одним словом, прогремел гром не из тучи, а из навозной кучи. Другой раз непо­вадно будет соваться.

Пастухов рассмеялся.

—   Ну что ж, Николай Петрович,— обратился он к Протасову.— Пора возвращаться в штаб.

—  Мне все-таки непонятна их настойчивость,— отозвался Протасов.

—   Мне-то теперь все ясно. Они ищут уста­новки. Как вы знаете, эти установки находятся совсем в другом месте. Но ведь Скелтон и контр-адмирал Дженикс этого не знают.

Вот они и пы­таются выяснить. И еще будут пытаться. И то, что они не могут пробиться вглубь, еще больше убеждает их в мысли, что установки нужно искать именно здесь. Пусть остаются в этом приятном заблуждении. Они не могут понять од­ной простой мысли: куда бы они ни сунулись, их ждет такая же встреча, как на нашем участке. Они разделили все наше побережье на зоны. Но что из того? Все побережье — это сплошная зона недоступности для наших врагов. Так есть и так будет всегда...

11. Встреча в заимке Горячей

Нарта легко скользила по снежной равнине.

Иван Прохоров здоровой рукой придерживался за Рультынэ. Иногда девушка оборачивалась, и матрос видел ее заиндевевшие ресницы, раскрас­невшиеся от крепкого мороза щеки. Погранични­ки на лыжах едва поспевали за нартой.

Вот уже четвертые сутки пограничники высле­живали Чимнэ. Но результаты пока что были не­утешительные. Чимнэ словно сквозь землю про­валился. Вначале все шло как будто хорошо. След широких индейских лыж был обнаружен неподалеку от наблюдательного поста.