Зултурган — трава степная

Встреча с Доланом пошла именно по такой непрямой колее: хотите денежки — послужите и мне лично; а кто служить будет — представьте в дом!..

Долан избегал лишних контактов между своими людьми. Здесь же рассудил так: «Пусть встретятся и обнюхают друг друга… Звери из одного логова узнают друг друга по запаху».

Ловкому в словесных перепалках Бергясу хотелось проверить, на что способен этот новый спаситель имущих степняков от Советов, заодно увериться, на самом ли деле так умен Малзанов, определив в главари человека с дурацкой белой тряпкой на башке, заметной в любую пору суток издалека?..

Судьба едва не обернулась к Долану снова спиной. Опоздай на несколько минут Цабиров или — еще хуже — не окажись он в хотоне, когда от усатого прискакал гонец с кургана, бандюги порешили бы их со стариком!.. Да что ему Онгаш! Дед уже и память теряет от ветхости, мелет всякую чушь: видите ли, не своей жизни ему жаль, а тех, кто ждет совдеповских подвод с мукой!.. Корми не корми эту голытьбу, все равно перемрут, как мухи! Было о ком горевать!

Перед испугавшимся насмерть сыном зайсана оказался, будто присланный судьбой, сам Доржи Цабиров.

Доржи Цабиров служил управляющим в хозяйстве князя Тюменя. С ним же подался за кордон. Порядком помыкал нужду там, отринутый почему-то прежними хозяевами. Однажды судьба свела его с таким же скитальцем, Доланом Малзановым, и Долан на той поре кое-что имел из родительского запаса, поделился с княжеским холуем. Им повезло — возвращались на родину вместе.

— Я ждал вас, Долан, в Кукан-хотоне, как договорились, — напомнил Цабиров, когда отъехали от кургана.

— Разве это не ваш хотон? — кивнул Долан на горстку кибиток, откуда их с Онгашем везли на расстрел.

— Вы ошиблись! — с невеселой усмешкой разъяснил Цабиров. — Кукан чуть севернее, где раздваивается большая балка. — А это хотон Барвык — летнее стойбище. Сейчас здесь моя застава… Именно через Барвык чоновцы рассылают гонцов по степи. Здесь мы их и подстерегаем. Он рассмеялся, довольный, поправил на голове чалму — необычный головной убор для калмыков.

— Умно придумали! — похвалил своего избавителя Долан. — Мы ведь тоже по-дурацки напоролись на вашу заставу. А вы, Доржи, при таком заслоне можете себя чувствовать почти в безопасности в том Кукане.

— От хотона Чоносов к нам дорога прямее той, что вы со стариком избрали… Не затеял бы я с утра объезд постов, не миновать бы вам беды. В Барвыке у меня самые отпетые…

— Старик меня сбил с толку! — Долан покосился на телегу, передвигавшуюся вслед. — Дымок его приманил. А дымок тот, выходит, для приманки.

Доржи захохотал, довольный.

— Ну и псов же ты себе подобрал! — брезгливо покосился на бритоголового Долан. — Не люди, а живодеры какие-то.