Зултурган — трава степная

— Дай бог удачи! — ответил привычными словами старый калмык, не торопясь принять из рук Бергяса отгулявшую свое лисицу. — Но огневку сполевал ты, добрый молодец… Ты и хозяин добычи. Собаки мои все равно не настигли бы зверя. Я уже окликал их, чтобы вернулись… Через версту, не больше, здесь начинаются хляби, камыши, а там уже не пройти ни коню, ни собаке. Лисица шла напрямик в заросли.

— Почтенный аава, если бы ваши собаки не напали на след лисицы, зверь не позвал бы их потягаться, кто быстрее бегает. Но дело даже не в том. Мы собирались на охоту за волками. В хотоне нас ждут с иной добычей.

Увидят лисицу — засмеют…

— Значит, охотники на волков?! — удивился и обрадовался пожилой калмык, обладатель красивого серого иноходца. — Здесь этого добра хватает. Хоть день и ночь не отходи от стада. — Он слез с коня, присел к огню. В это время Бергяс крепко приторочил куском сыромятины лисицу к седлу иноходца.

— Самое горькое для человека — старость, — прикуривая от тлеющей былинки, пожаловался незадачливый охотник. — В ваши годы, ребята, лет тридцать назад, чего только я не выделывал на коне! В молодости силы не занимать! Ума, богатства — в обрез! И сам ты мало кому нужен.

Теперь же, когда слабеет тело, и ум есть, и богатство пришло… всяк твое имя назовет с почтением, молодая жена в доме. Самое бы время пожить-потешиться. Да немощи вяжут по рукам, по ногам… Тебе сколько лет, парень? Чей ты, из каких краев будешь? Вижу: не здешние вы.

Бергяс охотно ответил на вопрос.

Бергяс усомнился в его словах, чем еще больше распалил словоохотливого старика.

— Подари мне кто из вас свою нынешнюю легкость в теле, свежесть лица — бери весь скот взамен, все добро, что имею, что нажил за долгую жизнь.

И аймак отписал бы в придачу, — разговорился веселый человек. — А вот жену оставил бы себе… Молодой, здоровый, красивый, ездил бы с ней по степи, спал под открытым небом… И ничего больше не нужно! Слышите, мужчины! Не проглядите своего счастья, не разменяйте молодость на стадо баранов!

Спутники Бергяса только дивились этим словам. Кроме Бергяса, не очень дорожившего своей безропотной супругой, все парни были еще неженаты. Их не тревожили мысли о будущем, которое рисовалось бесконечным. Это были парни из состоятельных семей, они знали, что любая девушка пойдет за них замуж.

Счастье в женщине? Не рехнулся ли старик?

— Ну, ладно, поговорили, пора знать меру, — запоздало остепенил себя незнакомец, собираясь ехать своей дорогой.

— Как же вас зовут, добрый человек? — спросил Бергяс. Ему не хотелось так просто расставаться с ним. Не часто встретишь в степи пожилого мужчину, готового вот так распахнуть душу перед другими.

— Имя мое — Хембя, я — зайсан из Налтанхина, — не без гордости назвал себя тот.

Бергяс внутренне вздрогнул.