Зултурган — трава степная

Он слышал, что битва идет уже в селении, знал, что спасения от злых грабителей не будет, поэтому шел и шел в горы, сбивая себе ноги о каменистую тропу, спасал себя и несмышленого братика. Наконец силы оставили его, он сел на выступ скалы, осмотрелся и заметил поблизости между камней темную нору. Вечерело. Подул холодный ветер. Мальчик пополз в нору.

В норе было тихо, совсем тепло, и мальчик решил переждать там беду. Если победят свои, кто-нибудь придет за ними. Если суждено умереть, то не под пиками врагов… Отдохнув, наш храбрец пошел искать еду для себя и братца. Но, кроме ягод, ничего не удалось отыскать.

Возвратился он к облюбованному ночлегу и увидел у входа огромную волчицу. «Спасся от двуногих хищников, попал в логово четвероногих. Все, потерял я братишку! Зачем оставил одного?» — подумал он, цепенея от ужаса.

И тут мальчик вспомнил… За день до нападения врагов на их селение он с ребятишками нашел в горах логово с четырьмя волчатами. Тронуть не посмели, боясь, что возвратится волчица, но, прибежав домой, сказали родителям. Охотники тут же снарядились и пошли к логову. Волчицу изловить не смогли, а волчат принесли домой и тут же прикончили.

Теперь мальчик, искавший спасения для себя и брата, с ужасом понял, что найденная им нора — то самое логово, опустошенное недавно людьми! Выходит, он сам пришел на расплату!.. Конечно, волчица уже съела братишку. Сколько он слышал жутких историй о кровожадных волках! И паренек побрел прочь. Но вдруг остановился: «А что, если брат мой еще жив? Да если и съеден — я должен рассказать родителям все, как было!»

Набравшись духу, мальчик опять подошел к волчьему логову. Долго наблюдал за расщелиной между камней.

Наконец, пересилив страх, мальчик нырнул в прохладную темноту норы. Приглядевшись, он увидел своего братика, живого… Тот спокойно спал и сыто причмокивал губами. Мальчику хотелось схватить брата и тут же бежать. Но малыш так сладко спал, что его жалко было будить. «Волчица, — рассуждал старший, — больше сюда не вернется. Она уверилась в том, что ее детенышей здесь нет, Она сыта, вокруг полно птицы и всякого мелкого зверья. Иначе она давно бы разорвала братишку. Не тронула — значит, не ее это добыча…» Паренек набил рот горьковатыми ягодами, пожевал и уснул.

Проснулся он от неясного шороха и острого противного запаха. Пригляделся и от страха едва не умер.

Братишка, лежавший на спине, громко чмокал, а над ним провисла отяжелевшим брюхом… волчица.

Проходили минуты, а может, секунды — мальчику казалось: длится вечность, начались испытания за грехи, о чем постоянно предупреждала мать.

Страх и отчаяние все еще не отпускали его. Но жить постоянно в страхе человек не может. Или страх победит человека, или человек победит страх. Третьего не дано.