Белый князь (СИ)

— Как вы посмели заставлять отца заниматься с вами?! — выпалила она, уперев руки в бока. — И зачем вам это?! Вы ведь не китаец! Всё равно бросите!

Я остановился, смерив её взглядом с ног до головы, что вызвало у девушки вспышку ярости в глазах.

— Оставьте его в покое! — прошипела она, с трудом заставляя себя сдерживать крик. — Слышите?! Иначе я заставлю вас пожалеть даже ценой своей жизни!

Не дожидаясь ответа, она развернулась и исчезла в кустах, из которых появилась.

Проводив девушку взглядом, я двинулся дальше и вскоре был возле дома. Матвей сидел на плетёном кресле, выстругивая из маленького бруска какую-то фигурку — была у него такая привычка. Предавался он ей нечасто, по крайней мере, на моих глазах, но успел собрать за несколько лет немалую коллекцию. Теперь, правда, она осталась в России.

— Что это? — спросил я камердинера.

— Пока ничего, ваше благородие, — отозвался тот. — Но должна быть лисица.

— С чего это ты решил выстругать лисицу? — удивился я.

— Поболтал с вашей гостьей, Юшен. Она отлично осведомлена о местной мифологии. Рассказала про нескольких китайских существ, обитающих в Пустоши. Особенно её интересуют хули-цзин, оборотни, которые могут оборачиваться лисами. Вернее, наоборот, — сделав паузу, добавил Матвей и аккуратно снял с деревяшки очередную стружку. — Она вам не рассказывала?

— Нет. Мы мало успели пообщаться.

Камердинер поднял на меня взгляд.

— Юшен утверждает, что эти создания способны здорово помочь тому, кому удастся их пленить.

— Вполне возможно. Но кому придёт в голову это делать, верно?

— Вот уж не знаю, ваше благородие. Девушка рассказала пару историй, в которых хули-цзин чуть ли не правили Китаем. Исподволь, разумеется. Вот только ничем хорошим для тех, кому они помогали, это не кончилось.

— Это она так сказала?

— Ну, Юшен выразилась несколько иначе. Но смыл был именно такой.

— Я рад, что вы нашли общий язык, старик. Как она тебе, в целом?

Матвей снова взялся за брусок.

— Смотря, в каком качестве, господин. Девушка она, конечно, обаятельная. Даже слишком. Я почти попал под её чары.

— Почти? — насмешливо переспросил я.

— Именно. Словно в какой-то момент она передумала… кокетничать со мной.

Умница. Вспомнила запрет соблазнять мужчин в поместье триады.

— Нужен ты ей, — сказал я, улыбнувшись. — Старый развратник.

— Вы несправедливы, господин, — покачал головой Матвей. — У меня и в мыслях не было приударить за ней. Она мне в дочери годится. На вид.

— Не было, пока в какой-то момент я друг не понял, что не столько слушаю, что она говорит, сколько любуюсь ею. Где вы её нашли?

— Вроде, я уже сказал, что тебя это не должно интересовать.

Камердинер вздохнул.

— Меня интересует всё, что с вами происходит, господин.