Бесценная белая женщина

А то, что невозможно и запретно, всегда привлекает неимоверно. Это как скрытое желание, которое вдруг стало явным. Как в щелочку подглядеть. Как узнать сногшибательную новость, а потом, захлебываясь слюной, поведать ее первым всему миру.

Наташа не кричала, не плакала. Она будто окаменела. Как была в платье и туфельках, так и вышла на улицу. На февральский мороз. В снег. Холода она не замечала. Шла, куда глаза глядят. Вернее, совсем не видела, куда шла. Потом поскользнулась на подвернувшейся ледышке и упала в сугроб. Может, так бы и замерзла, если бы не вахтерша, Ирина Ивановна, случайно посмотревшая в окно.

А может, спасла подружка Ленка, которая, придя в себя от шока, побежала разыскивать ее.

А может Малыш. Первый Малыш, не тот, который остался сегодня дома. Просто бродячий кот, который мягкими лапками прошелся по ее животу, потом ткнулся мордочкой в лицо и стал слизывать острым язычком соленые слезы…

В родную школу Наташа больше не вернулась.

Долго болела. Потом стала усиленно заниматься. Бросилась в учебу с головой, будто в омут. Сдала экзамены, получила аттестат и поступила в Московский вуз на юридический факультет.

И вот теперь занималась бракоразводными процессами, навсегда потеряв интерес к любви и к трепетным отношениям.

За болтовней с Таней, так звали соотечественницу, работавшую в Дубае танцовщицей в шоу, Наташа не заметила, как наступило время посадки. Сердечко забилось быстрее: в иллюминаторы заглядывала беспросветная мгла, лишь мигали огоньки на крыле самолета.

— Жуть какая! — невольно вскрикнула Наташа.

— Не волнуйтесь так, все будет хорошо, — тронула за плечо соседка-смуглянка, видя ее нервозность.

— Да я вроде бы и не волнуюсь, но неуютно себя чувствую, будто случиться должно что — то.

Тут Наташа заметила, что соседка изменилась. Таня закрутила распущенные волосы в тугой узел, надела легкую кофточку, а на плечи накинула газовую косынку.

— Ой, вы теперь почти не отличаетесь от большинства пассажиров! Вы и платок на голову повяжете?

— Что поделаешь, приходится шифроваться, жить по местным правилам, — улыбнулась девушка.

— Вы не против, если я вас в аэропорту держаться буду? Кажется, вам здесь все знакомо.

— Пожалуйста. Ок! Я только за.

Самолёт мягко приземлился, и пассажиры зашевелились. По салону на все голоса затренькали телефоны, подключаясь к местной связи. Выдвинулись в проход и Наташа с девушкой. Несколько минут не было никакого движения. Наташа и так чувствовала себя неуютно, а тут ещё что — то касалось ее ноги под коленом. Сначала она думала, что это муха, и старательно дергала ногой, чтобы ее сбросить. Но насекомое назойливо висело на коже. Она резко повернулась и наткнулась на взгляд насмешливых глаз бородатого мужика.