Бесценная белая женщина

Демин часто ловил себя на мысли, что смотрит на них, не отрываясь, а потом чувствовал, как оживал в штанах и существовал по своим, биологическим законам непослушный орган.

Если бы не то проклятое письмо, может, он и решился бы подойти к Золотаревой.

Когда он увидел записку, подброшенную в подарок на День Святого Валентина, ему даже в голову не пришло, что это может быть признание в любви. В их классе учился Серега Зиновьев, парень симпатичный, но наглый. Он рано начал использовать свою привлекательность, ни одной хорошенькой девочки не пропускал.

Не раз подкатывал он и к Золотаревой.

Может, ему девушка нравилась, или он не желал принимать, что не всех одноклассниц его красота прельщает, но прохода ей не давал. Да только Наташа смотрела на Зиновьева, как на досадную помеху: и не ссорилась, и знаки внимания не принимала.

Не успел Демин конвертик из подарочной кружки достать, как его выхвалил Серега. Сначала сам прочитал, а вечером Наташку на всю школу ославил. Приревновал, видимо, ее.

Данила так себя ругал за мозги недозрелые, за то, что постеснялся Золотареву защитить, чтобы лицо перед дружками не потерять.

Думал, велика беда! Посмеялись над ней, и что? Не сахарная, не растает. Но обернулось все по-другому, увы. На другой день Наташка пропала. Говорили, что заболела, но в школу так и не вернулась. Сколько раз впоследствии Демин хотел узнать адрес Наташи, навестить ее, извиниться, но никак не мог решиться, а потом и время было упущено.

Данила повернулся на другой бок и открыл глаза. Он так и не понял, спал или предавался воспоминаниям. Зато спокойные полчаса помогли привести мысли в порядок.

— Что я здесь делаю? За какими призрачными мечтами и надеждами гоняюсь? Уже в Москве было ясно, что Золотарева меня не желает видеть.

А помогать тем более не станет. Хватит ерундой заниматься. Домой!

Он достал чемодан и начал собираться. Покидав вещи и банные принадлежности, он достал телефон, чтобы заказать билет на самолет. Однако свободных мест ни на один рейс не оказалось.

Демин подошел к окну, потом вышел на балкон. Горячий воздух сразу опалил легкие. Кожа, привыкшая к прохладе номера, на мгновение покрылась мурашками.

— Как здесь люди живут? Нет, в таком пекле работать невозможно!

Демин передернул плечами и вернулся в номер.

Он не представлял, как можно принимать серьезные решения, когда мозги плавятся. Движения от жары становятся замедленными, пот заливает глаза, и накатывается такая лень, что выходить из помещения не хочется. Не зря арабы не работают, а живут за счет наемников.

Демин держал в руках телефон, смотрел на экран, соображая, кому позвонить. Набрал номер помощника.

— Данила Александрович? — удивился Сергей. — Что случилось?

— Ничего, просто посоветоваться хочу.