Бесценная белая женщина

Наташа смотрела в спину Демину, и десятки мыслей роились у неё в голове.

Она вспоминала школьные годы, студенчество, первые месяцы в Москве, куда ее перетащила за собой подружка Ленка. Сначала Наташа отказалась от соблазнительного предложения подруги. Она не желала уезжать из родных мест, боялась оторваться от дома, мамы, девичьей комнатки. Иконостас с фотографиями Данила она выкинула сразу, как только оправилась от потрясения. С наслаждением брала каждую карточку и рвала ее на крохотные кусочки, чтобы не возникло спонтанного желания склеить, собрать заново любимое лицо.

Следом за фото отправилась и географическая карта, маленькие сувениры, которые она приобретала, чтобы при случае порадовать Данилу. Эта же участь постигла и дневник. Ни страницы не осталось, все сожгла, уничтожила, чтобы выкинуть из своей жизни любое напоминание о нем.

Не поднялась рука только на фотографию девичьей волейбольной команды. Там, в ногах у девчонок, лежали в позе валета, подперев локтями головы, двое ребят из юношеской школьной сборной. Порывалась уничтожить и ее, но мама вовремя остановила, отобрала и спрятала так, что Наташа не нашла.

— Бедная моя! — утешала она плачущую дочку. — Как тебя угораздило так влюбиться! Эти девушки не виноваты. Остановись! Нельзя рвать их лица только потому, что ты ненавидишь Демина, или Демона, как его там вы зовете! Вот попадись мне только этот мелкий паразит! Я с ним разберусь!

— Мамочка, он совсем не мелкий, знаешь, каким здоровенным вымахал! — всхлипывала Наташа.

— Пусть живет, но подальше от меня.

— Ничего, дочурка, все проходит, и это пройдёт.

Скоро сама с удивлением будешь вспоминать эти страдания.

Мама оказалась права. Время прекрасно выполняет свою задачу: стирать плохие воспоминания и постепенно делать то, что сначала казалось непереносимым и болезненным, далеким, неважным и даже смешным.

Так случилось и у Наташи. За ежедневными хлопотами и заботами отошла на второй план ненависть, но вот обида жила ещё долго. Именно из-за нее Наташа держалась в стороне от любых намеков на интимные отношения. Нет, попытки связать свою жизнь с мужчиной у нее были, и даже замуж однажды звали, только Наташа так и не решилась.

Если честно, то она всегда смеялась над стремлением американцев вываливать душевные страдания на психологов. А те с умными лицами ковырялись в людских душах и говорили что — то о детской травме, которую непременно надо преодолеть, чтобы жизнь стала раем.

Вот и Наташа на себе испытала сполна, что речи психологов о комплексах, формирующихся в детстве, не пустой звук.

Поездка в Москву неожиданно оказалась истинным спасением.