Брак любви не помеха!

Воздух наполнился петушиным криком и призывным мычанием коров. Тут же захлопали двери, загоготали гуси, откликаясь на зов заспанных хозяек. Седалище просыпалось.

   Наезженная тележными колесами дорога петляла вдоль изб, перекидывалась мостом через небольшую реку и убегала вдаль, теряясь среди заборов и кустов. Я ускорила шаг: незачем давать жителям новые поводы для пересудов, – от старых ещё не отмылась!

   – Опять где-то валандалась! – услышала я недовoльный бубнёж из-за забора сразу, как подошла к своей калитке. – Бегаить и бегаить, когда ж угомонится!? От холера ночная, вырядилась опять…

   – Здравствуйте, баба Глаша! – Звонко поздоровалась я и даже помахала рукой выглядывающему из-за соседского частокола оттопыренному заду. - Доброго утречка!

   – Здравствуй, Хеленочка, – старуха резво отскочила на добрый метр от места наблюдения и с кряхтением выпрямилась. – Это же куда ты спозаранку бегала?

   – Упыря ловила! – Не моргнув глазом, соврала я. Упырей в Седалище сроду не водилось, на бабке об этом знать было необязательно. - Пoчти до вашего дома дошел, гад. Вы разве не слышали, как он выл?

   – Свят, свят, - побелела старуха и трясущимися руками подобрала подол юбки. - Убила?

   – Ой, молодец. Здоровьица тебе, защитница ты наша.

   Я развернулась, приблизилась к чужому забору и громко прошептала в оттопыренное ухо старухи:

   – Вы пару ночей на улицу-то не выходите. Α лучше пять. Не один он был.

   – А разве ж упыри по парам ходют? - позеленела Глашка.

   Я чуть не выругалась в удивленное морщинистое лицо прозорливой старухи, но смoгла натянуть на себя траурную улыбку:

   – Молодоженов прокляли. Жениха я ночью упокоила, но невесту ещё искать надо.

   – О-ой, – старуха присела от ужаса, подол юбки взлетел к коленям, обнажив дивные шерстяные порты. – Ищи, дочка, ищи. Α я сегодня же зайду в святилище к Дебриабрию, авось защитит он душу твою черн… добрую.

   – И жертву принесите, - мстительно добавила я, представив лицо дьяка, когда он узнает на кого именно тратит серебрушку сварливая баба. – За здравие. Оно мне ой как понадобится.

   – Непременно, – клятвенно пообещала она и с похвальной скоростью скрылась за кустами шиповника.

   Я наигранно вздохнула и уверенно направилась к себе. Подготовка к свадьбе шла отлично – с Глашкой я разобралась. С окна ей мою калитку не видно, значит, протащу жениха незаметно. Но если что, всегда можно сказать, что упырей было трое, и я взяла работу на дом…

   Мой участок нельзя было назвать образцово-показательным. Забор я не красила, доски в частоколе не меняла, вертушку на калитку и ту не поставила. О яблонях и капустных грядках даже речи не шло, как о клумбах и вкопанных под березки скамейках, на которых полагалось неторопливо попивать чай из широкого блюдца.