Час ведьмовства

– Правда? Боже, вы даже не представляете, какой груз сняли с моей души. Позвольте вам сказать со всей откровенностью, доктор Мэйфейр, Майк – замечательный парень.

– Он действительно страдает. Эту идею он обрушил на мою голову на прошлой неделе. Представляете, целый месяц от него ни единого слова! И вдруг звонит! Правда, пьян Майк был изрядно, и, откровенно говоря, я не думал, что он вспомнит об этом.

– Это великолепная идея, доктор Моррис. Вы говорили, что его руки действительно обладают уникальными свойствами?

– Совершенно верно, говорил.

И могу повторить еще раз. Честное слово, доктор Мэйфейр, вы редкостная женщина. Но вы представляете, во что я вас впутываю? Ведь я просил Майкла, чуть ли не умолял вернуться в больницу. А вчера, уже под ночь, он звонит и требует, чтобы я сию же минуту разыскал вас. Ему, видите ли, непременно нужно пощупать доски палубы, иначе он свихнется. Я, конечно, посоветовал ему для начала протрезветь, но пообещал сделать со своей стороны все возможное. А минут двадцать назад он опять позвонил и говорит: «Не стану врать – пива я сегодня выпил изрядно, но ни к водке, ни к виски даже не притронулся. А потому я, можно сказать, трезв – насколько вообще могу быть трезвым».

Роуан негромко засмеялась:

– Да-а, мне остается только оплакать его мозговые клетки.

– Полностью с вами согласен. Но поймите, парень в полнейшем отчаянии. Прошло столько времени, а ему ничуть не лучше. Я бы не стал просить вас, но он действительно один из самых приятных…

– Я выезжаю немедленно. Вы можете связаться с ним и сообщить, что я уже в пути?

– Ушам своим не верю, доктор Мэйфейр.

Как мне вас благодарить?

– Благодарности излишни. Мне нужно с ним встретиться.

– Доктор, прошу вас, заключите с Майком сделку: в обмен на разрешение поиграть в экстрасенса на палубе вашей яхты он должен отказаться от спиртного и вернуться сюда.

– Позвоните ему не откладывая, доктор Моррис. Не позднее чем через час я буду у его дома.

Роуан повесила трубку и на мгновение замерла, глядя на аппарат. Потом сняла бейдж со своим именем, сбросила запачканный белый халат и медленно вытащила заколки из волос.

Итак, по прошествии многих лет они снова попытались упрятать Дейрдре Мэйфейр в лечебницу. Что ж, теперь, когда мисс Нэнси умерла, а мисс Карл слабеет с каждым днем, иного выхода не было. По крайней мере, так об этом говорили. Тринадцатого августа санитары приехали за Дейрдре, но она вдруг впала в такое буйство, что ее оставили в покое. Однако ее состояние ухудшалось, причем столь быстро, что это явно бросалось в глаза.

Когда Джерри Лониган рассказал обо всем своей жене Рите, та заплакала.