Часть Европы. От истоков до монгольского нашествия

Особенно усилилась она под властью одного из младших Мономаховых сыновей Юрия Долгорукого – он получил это прозвище за то, что умел дотянуться из своего Суздаля до самых далеких земель.

Долгорукий долго и упорно домогался киевского «стола», который никак ему не давался. Дважды Юрий с помощью половцев захватывал Киев, но потом уходил оттуда под натиском врагом. Лишь на склоне лет, в 1155 году, он наконец был признан великим князем и оставался им до смерти, но это недолгое, менее чем трехлетнее правление, трудно назвать благополучным.

Своевольные киевляне северян не любили.

После смерти Долгорукого горожане, по своему обыкновению, устроили беспорядки, разграбили великокняжеский двор и прогнали Юрьевых бояр. Пригласили к себе князя из Ольговичей – и вскоре тоже прогнали. Позвали Мономашича, но после его кончины опять устроили смуту.

В 1169 году на Киев пошел с севера суздальский князь Андрей Боголюбский, сын Долгорукого. Это был храбрый воин, опытный полководец и весьма решительный правитель.

Он первым из северных князей понял вещь, которая, кажется, никому раньше не приходила в голову: править русской землей нужно не из капризного Киева, а из собственной вотчины – так будет надежней.

Собрав армию из дюжины княжеских дружин, Андрей Юрьевич подошел к столице. Надменные киевляне совершили ошибку, которая очень дорого им обошлась. Вместо того чтобы, как всегда бывало в подобных случаях, выгнать своего князя и открыть ворота более сильному сопернику, они заперлись и стали обороняться, понадеявшись на крепкие стены.

После трехдневной осады стало ясно, что города не удержать. «Черные клобуки», входившие в войско последнего киевского великого князя Мстислава Изяславича (1167–1169), ему изменили; собственная дружина биться насмерть не захотела – и Мстислав бежал.

Впервые в истории Киев был взят мечом, после ожесточенного штурма. И подвергся участи всех городов, которым выпадал этот горький жребий. «Победители, к стыду своему, забыли, что они Россияне, – пишет Карамзин. – В течение трех дней грабили, не только жителей и домы, но и монастыри, церкви, богатый храм Софийский и Десятинный; похитили иконы драгоценные, ризы, книги, самые колокола – и добродушный Летописец, желая извинить грабителей, сказывает нам, что Киевляне были тем наказаны за грехи их и за некоторые ложные церковные учения тогдашнего Митрополита Константина!».

Великий город был полностью разграблен. Андрей Боголюбский не только не остановил бесчинства, но, кажется, всячески их поощрял. Разорение Киева отвечало планам этого жестокого и прагматичного князя. Он уже основал новую столицу, Владимир-на-Клязьме, и был заинтересован в ослаблении города-соперника.