Отомщенный любовник

Боже, она хотела его.

Его приятель, рыжеволосый, выдернул ее из безумия. Блэйлок вернулся к столику с тремя бутылками пива, держа их за горлышки, и, взглянув на напряженное лицо Джона, так и светившееся возбуждением, резко остановился и с удивлением посмотрел на нее.

Дерьмо.

Хекс отмахнулась от вышибал, направлявшихся к ней, и так быстро вышла из VIP-секции, что чуть не врезалась в официантку.

Ее офис был единственным безопасным местом, и она побежала туда со всех ног. Убийство – это двигатель, который, запустив однажды, было сложно остановить, и воспоминания о содеянном, о сладком моменте, когда она встретилась с Монтрегом взглядом, а затем лишила его зрения, подпитывали живущего в нейсимпата.

Чтобы сжечь топливо и прийти в себя, требовалась одна из двух вещей.

Секс с Джоном Мэтью определенно одна из них. Другая была гораздо менее приятной, но беднякам не выбирать – еще немного, и она вытащит свой лис и использует его на всех, кто окажется на ее пути. А это скверно для бизнеса.

Сотню лет спустя, она закрылась от шума и скотоподобного гомона людей, но в ее скромном раю не было облегчения. Черт, она даже не могла успокоиться, чтобы затянуть свои цепи.

Загнанная в клетку, готовая сорваться, Хекс обошла стол, пытаясь взять себя в руки, чтобы можно было…

С ревом ее накрыло изменение, глаза застлала красная пелена, будто кто-то просто нацепил ей на лоб козырек. Вдруг эмоциональное напряжение каждого живого существа в клубе ворвалось в ее голову, стены и пол исчезли, их место заняли пороки и отчаяние, злоба и похоть, жестокость и боль, такие же осязаемые для нее, как когда-то здание клуба.

Симпат в ней запел «давай-ка поиграем» и был готов пустить на кожсырье стадо самодовольных, измотанных людей снаружи.

***

Когда Хекс ушла, будто танцпол охватило пламя, а где огнетушитель знала она одна, Джон откинулся на спинку дивана. Картинка в его голове рассеялась, и досадливое покалывание на коже начало утихать, но вот эрекция не собиралась верить этому «о, ну, может в другой раз».

Его член был тверд и заперт за ширинкой джинсов.

Дерьмо, подумал Джон. Вот дерьмо. Просто... дерьмо.

– Ты обломщик, Блэй, – пробормотал Куин.

– Прости, – сказал Блэй, опустившись на диван и раздав пиво. – Прости… Проклятье.

А, ну это все меняет.

– Знаешь, она реально на тебя запала, – сказал Блэй с намеком восхищения. – То есть, я думал мы пришли сюда, чтобы ты просто поглазел на нее. Но я не знал, что она смотрит на тебя точно так же.

Джон опустил голову, чтобы спрятать щеки, когда те по краске затмили рыжину волос Блэя.

– Джон, ты знаешь, где ее офис. – Куин не отвел взгляд, когда поднес ко рту свежее пиво и сделал большой глоток. – Иди. Сейчас. Хоть один из нас получит небольшую разрядку.

Джон наклонился на спинку и потер бедра, думая о том же.