Отомщенный любовник

Он, что, и вправду решил, что она останется на ночь?

– Могу я взять твое пальто? – произнес он, зная, что ей должно быть жарко. – Мне приходится поддерживать здесь более высокую температуру, чем большинству было бы комфортно.

– Вообще-то… мне следует просто уйти. – Она сунула руку в карман. – Я пришла, только чтобы передать тебе пенициллин.

– Я надеялся, ты останешься на ужин.

– Прости. – Она протянула ему пластиковый пакет. – Я не могу.

Воспоминания о принцессе вторглись в разум Рива, и он напомнил себе о том, как хорошо это было – поступить правильно по отношению к Элене… и стереть ее номер из телефона.

Он за ней совсем не ухаживал. Вовсе нет.

– Понимаю. – Он взял таблетки. – И спасибо за них.

– Принимай по две, четыре раза в день. В течение десяти дней. Обещаешь?

Он кивнул:

– Обещаю.

– Хорошо. И попытайся увидеться с Хэйверсом, ладно?

Наступил неловкий момент, а затем она подняла руку:

– Ну… пока."

"Элена развернулась, и Ривендж силой мысли открыл стеклянную панель, не доверяя себе достаточно, чтобы подойти к ней слишком близко.

О, пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, не надо, думал он.

Ему просто на какое-то время захотелось почувствовать себя… чистым.

Выйдя, Элена сразу остановилось, и сердце Рива бешено заколотилось. Она оглянулась, и обрамлявшие ее милое лицо пряди растрепал ветер. – Во время еды. Нужно принимать их во время еды.

Точно. Медицинская информация.

– У меня ее тут много.

– Хорошо.

Закрыв дверь, Рив наблюдал за тем, как девушка исчезает в тени, и ему пришлось заставить себя отвернуться.

Двигаясь медленно и опираясь на трость, он прошел мимо стеклянной стены и завернул за угол, в освещенную столовую.

Две зажженные свечи. Два набора серебряных приборов.

Два бокала для вина. Два стакана для воды. Две салфетки, идеально сложенные, рядом с двумя тарелками.

Рив сел на стул, который собирался предложить ей, тот, что с правой стороны от него, на почетном месте. Приставил трость к бедру и, положив пластиковый пакет на стол из черного дерева, разгладил его, чтобы антибиотики легли рядом друг с другом в аккуратном и строгом ряду.

Он задумался, почему они не в маленькой оранжевой баночке с белой этикеткой, но, не суть. Она принесла их ему сюда. Это главное.

Сидя в тишине, в окружении света свечей и запаха ростбифа, который он только что вынул из духовки, Рив поглаживал пакетик указательным пальцем, лишенным чувствительности.

Хотя, конечно же, он что-то чувствовал. В мертвом центре груди у него что-то болело за сердцем.

На протяжении своей жизни он совершил много дурных поступков. Больших и малых.

Он подставлял людей, просто чтобы побесить их, будь они дилерами, посягнувшими на его территорию, простыми парнями, которые плохо обходились с его шлюхами, или же идиотами, косячившими у него в клубе.