Отомщенный любовник

Он сходил в туалет, и его даже не вырвало, затем умыл лицо, и понял, что ему нечего одеть.

Натянув на себя махровый халат, Тор впервые, за то время, что провел здесь, вышел из спальни.

Он заморгал от света в коридоре со статуями, будто оказался на сцене, и ему понадобилась минута, чтобы приспособиться ко... ко всему.

Вдоль коридора, мраморные мужчины в различных позах были такими же, какими он их помнил, сильными, изящным и неподвижными, и без всяких на то причин, Тор вдруг вспомнил, как Дариус покупал статуи одну за другой, создавая свою коллекцию. Когда Ди был в настроении для закупок, он посылал Фритца на аукционы Сотбис и Кристис в Нью-Йорке, и каждый раз, когда очередной шедевр доставляли в ящике, полном мелких опилок и оберточной ткани, Брат устраивал целую вечеринку по этому поводу.

Ди любил искусство.

Тор нахмурился. Вэлси и его нерожденный ребенок всегда будут его самой первой и самой большой потерей. Но были и другие люди, чья смерть требовала мести, не так ли? Лессеры забрали у него не только семью, но и его лучшего друга.

Гнев зашевелился где-то глубоко внутри... разбудив другой голод. Голод войны."

"Полный сосредоточенности и решимости, которые казались такими незнакомыми и одновременно такими родными, Тор направился вниз к парадной лестнице и задержался у закрытых дверей главного кабинета.

Он почувствовал, что за ними находится Роф, но ему, на самом деле, не хотелось ни с кем разговаривать.

По крайней мере, ему так казалось.

Тогда почему он просто не позвонил на кухню, чтобы заказать себе еды?

Тор заглянул в щель приоткрытой двери.

Роф спал за столом, его длинные блестящие черные волосы веером раскинулась над документами, одна рука, как подушка, лежала под головой.

В свободной руке, он продолжал держать увеличительное стекло, которым пользовался, если собирался что-нибудь прочитать.

Тор шагнул в комнату. Оглядевшись, он увидел полку над камином и сразу представил Зейдиста, когда тот прислоняется к ней, его обезображенное шрамом лицо серьезно, черные, как ночь, глаза сверкают. Фьюри всегда рядом с ним, как правило, сидит в голубом кресле  у окна. Ви и Бутч стараются пристроить свои неугомонные задницы на диване. Рейдж выбирает себе место в зависимости от настроения...

Тор нахмурился, когда его взгляд упал на то, что стояло рядом с письменным столом Рофа.

Уродливое, ветхое, противного зеленого цвета, с заплатками на кожаной обивке... это было кресло Тора. То самое, которое Вэлси так хотела выкинуть, потому что оно было полным хламом. То самое, что он отнес вниз, в офис учебного центра.

– Мы перенесли его сюда, чтобы Джон вернулся в особняк.

Тор повернул голову. Роф поднял голову с руки, его голос и лицо были заспанными.

Король говорил медленно, как будто не хотел спугнуть своего посетителя.