Отомщенный любовник

Резко опрокинув ее на спину, он спустил ниже на бедра «Кельвины», которые и так носил редко, и вошел в нее. Когда она вскрикнула и вонзила ногти ему в спину, его клыки удлинились и запульсировали.

– Ты нужна мне, – сказал он. – Мне нужно это.

– И мне тоже.

Он никогда не подавлял ее своей властью, но порой ей нравился именно такой секс – первобытный, дикий, когда его тело вбивалось в ее очень глубоко.

От рева, что он издал, войдя в нее, затряслась картина над кроватью и зазвенели бутылочки духов на ее туалетном столике, но он не остановился ни на секунду, больше напоминая зверя, чем цивилизованного любовника.

Но как только ее запах заполнил его ноздри, Роф понял, что Бэт хотела его так же сильно, как он ее: каждый раз, когда его накрывал оргазм, она кончала вместе с ним, ее внутренние мышцы туго обхватывали член, удерживая его глубоко внутри.

Задыхаясь, она потребовала:

– Возьми мою вену…"

"Он зашипел, как хищник, и вонзил клыки в ее шею.

Тело Бэт дернулось под ним, и Роф почувствовал, как между их бедер разливается тепло, которое не имело ничего общего с тем, что он оставил в ней. Ее кровь у него во рту была даром жизни, густая жидкость попадала на язык, затем стекала по горлу и наполняла его чрево теплом, словно освещая его плоть изнутри.

Он пил, продолжая двигать бедрами, ублажал ее, сам получая удовольствие, и когда насытился, то прижался лицом к следам своих укусов, а затем вернулся к ней, наклонившись и вытянув в сторону ее ногу, чтобы войти еще глубже, еще сильнее. Кончив еще раз, он обхватил рукой ее затылок и поднес ее рот к своему горлу.

Он не успел даже попросить. Бэт укусила его, и в то мгновенье, когда ее острые клыки прокололи его кожу, и Роф почувствовал сладкий укол боли, он снова кончил, еще сильнее чем раньше: осознание того, что он обладал тем, в чем она нуждалась, что она живет той жидкостью, что течет в его венах, было эротичным, как черт знает что.

Когда его шеллан закончила, и запечатала ранки, облизывая их, он перевернулся на спину, держа ее в объятьях, надеясь, что…

О, да, он чувствовал приятную усталость. Бэт лежала сверху, и Роф положил ладони ей на грудь и обнаружил, что она все еще была в ночной рубашке. Он стащил ее через голову и бросил куда-то в сторону. Снова нашел ее грудь. Она была такая тяжелая, такая полная в его ладонях, что ему пришлось прогнуться вперед, чтобы взять один из сосков в рот.

Он посасывал их, пока не стало слишком трудно удерживать их тела вместе, и позволил себе откинуться назад на кровать.

Бэт вскрикнула, затем закричал он, и они снова одновременно кончили. Затем она рухнула с него, и они лежали рядом, тяжело дыша.

– Это было потрясающе, – выдохнула она.

– Охренеть как потрясающе.

Он нашел в темноте ее руку, и они лежали так какое-то время.

– Я хочу есть, – сказала она.

– И я.