Отомщенный любовник

Не удостоив айЭма ответом, она услышала, как мужчина выругался и отошел от двери.

Может, позднее она сможет им помочь. Они, в конце концов, единственные, кто понимал ее чувства. Даже Бэлла, потерявшая брата, не знала изощренной пытки, с которой они вынуждены жить до конца своих дней. Бэлла считала Рива мертвым. И значит, могла пройти этап скорби, и, каким-то образом, вернуться к своей жизни."

"А Хекс, айЭм и Трэз? Они застряли в лимбе, зная правду, и неспособные ничего изменить… а Рив при этом будет подвергаться пыткам принцессы, пока дышит.

Подумав о будущем, Хекс усилила хватку на рукояти ножа.

И еще сильнее, когда поднесла лезвие к коже.

Стиснув губы, чтобы удержать боль внутри, она пролила свою кровь вместо слез.

Но, разве была какая-то разница? Симпаты плакали кровью.

Глава 61

Разум Рива вновь включился на слабой волне дрожащего сознания. Оно вспыхивало, угасало и вновь разгоралось, распространяясь от основания черепа к лобной доле.

Плечи горели. Оба. Голова убивала с тех пор, как тот симпат рукоятью меча отправил его видеть сладкие сны. Странно, но остальную часть тела он не чувствовал вообще.

По другую сторону опущенных век, вокруг него мерцал свет, окрашиваясь в его сознании темно-красным цветом. А значит, дофамин полностью вышел из организма, и теперь Рив превратился в того, кем останется навсегда.

Вдохнув через нос, он почувствовал запах… земли. Чистой, влажной земли.

Он не сразу был готов осмотреться, но, в конце концов, ему нужна была какая-то точка опоры помимо боли в плечах. Открыв глаза, Рив моргнул. У дальней стенки чего-то, походившего на пещеру, стояли длинные, как его ноги, свечи, дрожащие язычки пламени, кроваво-красные на концах, отражались от стен, которые казались текучими.

Не текучими. На черном камне что-то ползало… ползало по всей…

Его взгляд резко опустился вниз, на свое тело, и он с облегчением обнаружил, что ноги не касались двигающегося пола. Рив посмотрел наверх, и… его держали свисавшие с волнообразного потолка цепи, зафиксированные… замками, проходящими через грудь, под плечами.

Он был подвешен посреди пещеры, его обнаженное тело болталось над и под мерцающими, пульсирующими каменными границами.

Пауки. Скорпионы. Его тюрьма кишела ядовитыми стражами.

Закрыв глаза, он обратился к своей симпатской половине, пытаясь обнаружить других собратьев, намереваясь пройти через стены к разумам и чувствам, которыми можно было манипулировать, чтобы освободиться. Может, он и останется в колонии, но это не значит, что ему обязательно болтаться, словно люстре.

Вот только, Рив чувствовал лишь средоточие шума и гама.

Сотни тысяч отголосков окружали его, формируя непроницаемое ментальное одеяло, кастрирующее симпата в нем, не пропускающее ничего внутрь или из пещеры.