Отомщенный любовник

Рив медленно открыл дверь в детскую, неуверенный в желанности своего визита. В противоположном конце комнаты, разрисованной кроликами, Бэлла сидела в кресле-качалке, ногой отталкиваясь от ковра. Налла едва ли была счастлива, выражая нервное недовольство на весь мир.

– Привет, – сказал Рив прежде, чем его сестра подняла голову. – Это я.

Голубые глаза Бэллы встретили его, и он наблюдал смену всевозможных эмоций на ее лице.

– Привет.

– Не возражаешь, если я войду?

– Прошу.

Он закрыл за собой дверь, а потом задумался, будет ли она чувствовать себя в безопасности, находясь с ним в запертой комнате? Рив собрался вновь открыть ее, но Бэлла остановила его.

– Все нормально.

Он не был так уверен в этом, поэтому держался от сестры поодаль, наблюдая, как Налла, заметив его присутствие, протянула к нему ручки.

Месяц назад, целую жизнь назад, он бы подошел и взял малышку на руки. Не сейчас. Возможно, никогда больше.

– Она так нервничает сегодня, – сказала Бэлла. – А мои ноги снова устали. Я не могу ходить с ней на руках даже минуту.

– Да.

Последовало длительное молчание, они оба обратили свое внимание на малышку.

– Я никогда не знала о тебе, –  наконец сказала Бэлла. – Даже не догадывалась.

– Я не хотел, чтобы ты знала. Как и мамэн. – Когда слова сорвались с его губ, он молчаливо помолился за их мать, надеясь, что она простит его за то, что эта темная, ужасная тайна всплыла наружу. Но дело в том, что судьба разыграла карты так, что разоблачение было не в его власти.

Видит Бог, он изо всех сил старался сохранить вуаль лжи на месте.

– Она была… Как это случилось? – Спросила Бэлла слабым голосом. – Как… ты… родился?"

"Ривендж обдумывал, как сформулировать все, попытался выстроить в голове схему, кое-что изменить, кое-что добавить. Но в памяти все время возникало выражение лица его матери, и в итоге он просто посмотрел на сестру и покачал головой. Когда Бэлла побледнела, Рив понял, что она догадалась, как все произошло. Известно, что симпаты похищали женщин среди населения. Особенно красивых и непорочных.

Отчасти поэтому, пожиратели грехов оказались в колонии.

– О, Боже… – Бэлла закрыла глаза.

– Мне жаль. – Он так сильно хотел подойти к ней. Безумно сильно.

Вновь открыв глаза, она смахнула слезы, а потом расправила плечи, будто собиралась с силами.

– Мой отец… – Она прокашлялась. – Он взял ее, зная правду о тебе?

– Да.

– Она никогда не любила его. По крайней мере, я не видела этого. – Когда Рив продолжил молчать, потому, что не желал говорить об этом браке, Бэлла нахмурилась. – Он знал о тебе… он угрожал раскрыть правду о вас, если она не согласится?

Молчание Рива послужило достаточным ответом, потому что его сестра кратко кивнула.

– Сейчас все стало понятным.