Отомщенный любовник

Их профессии сопутствовало много потерь – едва ли смерть людей была сенсационной новостью – но, по большей части, в уравнении знаком «минус» были он и его команда: это они устраняли народ. А потеря кого-то из своих, от руки чужого, была ударом в сердце.

– Хочешь обсудить, как идут дела этой ночи? – спросила Хекс.

– Не сейчас. Мне тоже есть чем поделиться. – Заставив мозги работать, он посмотрел на Трэза и айЭма. – То, что я сейчас скажу, несет с собой много грязи, и я хочу дать вам обоим шанс уйти. Хекс, у тебя такой возможности нет. Прости.

Трэз и айЭм остались на месте, что ничуть его не удивило. Трэз также показал ему средний палец. Тоже не сенсация.

– Я был в Коннектикуте, – сказал Рив.

– А также в клинике, – добавила Хекс. – Зачем?

Иногда GPS – полный отстой. Сложно сохранить хоть какую-нибудь конфиденциальность.

– Забудь чертову клинику. Слушай, мне нужно, чтобы ты сделала кое-что для меня.

– А именно…

– Считай бойфренда Крисси аперитивом перед ужином.

– Рассказывай, – холодно улыбнулась она.

Он посмотрел на кончик ножа для конвертов, вспоминая, как они с Рофом смеялись, ведь такой был у них обоих. Король пришел к нему после летних нападений, обсудить дела Совета, и увидел эту вещицу на столе. Роф пошутил, что на своей основной работе они оба также пользовались лезвием, даже если держали в руках ручку.

И это действительно так. Несмотря на то, что нравственность была на стороне Рофа, а у Рива имелся лишь эгоизм.

Поэтому не добродетель подвигла его на принятие решения и выбор курса. А то, что, как и всегда, приносило ему наибольшую выгоду.

– Это будет непросто, – пробормотал он.

– Веселые дела всегда такие.

Рив сосредоточился на остром кончике ножа:

– Это… не ради веселья.

***

С приближением рассвета и конца смены, Элена нервничала. Время свидания. Время решения. Мужчина должен приехать и забрать ее из клиники через двадцать минут.

Боже, она снова несла чушь."

"Его зовут Стефан. Стефан, сын Тэма, хотя она не знала ни его, ни его семью. Он был гражданским, не аристократом, и пришел в клинику со своим кузеном, порезавшим руку, рубя поленья на дрова. Заполняя выписку, она поговорила со Стефаном о том, о чем обычно говорят одинокие люди. Ему нравились Radiohead, ей тоже. Ей нравилась индонезийская кухня, ему тоже. Он работал в человеческом мире, компьютерным программистом, благодаря возможности отсылать результаты работы через Интернет. А она была медсестрой. Он жил в доме с родителями, единственный сын в абсолютно гражданской семье – или, по крайней мере, они были похожи на совершенно гражданскую семью, отец занимался строительством для вампиров-подрядчиков, мать бесплатно обучала Древнему Языку.

Мило. Нормально. Благонадежно.