Отомщенный любовник

Обычно это случалось спустя месяц работы здесь, и слова всегда были одинаковыми и говорились с долей смущения, которое, будь он нормальным, разбило бы ему сердце:

«Спасибо вам».

Рив не был большим любителем объятий, но все-таки ненадолго притягивал их к себе. Никто из них не знал, что делал он это не по доброте душевной, а потому, что был одним из них. Жестокая реальность заключалась в том, что жизнь поместила их всех туда, где им быть не хотелось: на спины перед людьми, секса с которыми они совсем не желали. Да, были те, кому нравилась эта работа, но, как бывало со всеми, работать они хотели не всегда.

И Бог свидетель, клиенты показывались постоянно.

Как и его шантажист.

Выход из душа был чистейшим, неразбавленным адом, и Рив откладывал колючий холод так долго, как только мог, съежившись под струей, уговаривая себя покинуть кабинку. Спор продолжался, он слышал, как вода ударяется о мрамор и стучит по медному водостоку, но его онемелое тело не чувствовало ничего, кроме легкого потепления внутренней Аляски. Он понял, что закончилась горячая вода только потому, что дрожь усилилась, а ногтевые лунки вместо бледно-серых стали темно-синими.

Он вытерся на пути к кровати и как можно быстрее забрался под норковое одеяло.

Как только Рив подтянул его к горлу, пикнул телефон. Очередное голосовое сообщение.

Да что такое, сегодня его телефон напоминал Гранд Централ."

"Проверив пропущенные вызовы, он увидел, что последний был от матери, и быстро сел, хоть вертикальное положение и оставило его грудь обнаженной. Мамен была настоящей леди и никогда не звонила, поскольку не хотела «мешать его работе».

Он нажал на несколько кнопок, ввел пароль и приготовился удалить ошибочное сообщение с неверного номера, которое пришло первым.

«Вам звонок от 518-бла-бла-бла…». Он нажал на «решетку», чтобы пропустить номер и приготовился нажать на семерку, чтобы избавиться от сообщения.

Он уже начал опускать палец, когда женский голос произнес:

– Привет, я…

Этот голос… этот голос принадлежал… Элене?

– Черт!

Однако голосовая почта была непреклонна и плевать хотела на то, что сообщение от Элены было последней вещью, которую он стал бы удалять. Рив выругался, а система продолжала работать, пока он не услышал нежный голос матери на Древнем Языке:

– Приветствую, дражайший сын, надеюсь, у тебя все хорошо.

Прошу простить вмешательство, но я подумала, может быть, ты сможешь ненадолго заехать домой в ближайшие пару дней? Я бы хотела поговорить с тобой кое о чем. Люблю тебя. До свидания, мой кровный первенец.

Рив нахмурился. Так официально, вербальный эквивалент продуманной записки, написанной ее прекрасной рукой, но просьба была не характерна для нее, и это придавало ей срочности. Но вот только он в заднице… неудачный выбор слов.