Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

Может, на него всё же подействовал наш разговор про «женскую» и «мужскую» домашнюю работу? А может, он просто не хотел спорить при Гейбе, который был для него явным авторитетом. Кстати, Гейб тоже успел переодеться. Костюм и белая шёлковая рубашка с таким же галстуком уступили место джинсам и клетчатой фланелевой рубахе. И он распустил волосы, убранные ранее в хвост.

– Надеюсь, у Линды тоже такие же запасы, – начиная резать мясо на куски, задумчиво пробормотала я. – Иначе ей придётся голодно без своего содержания. Как-то не верится, что она действительно пойдёт на ферму навоз чистить.

Гейб и Томас удивлённо переглянулись, а потом дружно расхохотались.

– Уж что-что, а голод ей точно не грозит, – ухмыльнулся Гейб. – Продукты у нас тут свои, поэтому совершенно бесплатные. Мы покупаем только сладости и всякую экзотику, которую сами не производим. А местные фрукты, овощи, зерновые, мясо, молоко, яйца – всё своё. Ну и мясные, и молочные продукты всякие – тоже. Так что, не переживай, не оголодает Линда.

– А что насчёт оплаты за электричество? И вообще – за дом.

– И за это тоже платить не нужно. Это моя земля, и стоящие на ней дома так же принадлежат семье.

Электричество у нас своё: на каждой крыше установлены солнечные батареи, воду берём из скважин, к тому же у нас и река своя имеется. Так что тут ей тоже ничего не грозит – электричество у неё за неуплату точно никто не отключит.

– Тогда почему она так выла, когда ты её содержания лишил? И что это за содержание такое? Это потому, что она твоя любовница, да?

– Она не моя любовница.

– И не была. К любовнице обычно испытываешь хоть какие-то чувства. А между нами и этого не было.

Гейб забрал у меня нож и стал сам нарезать мясо.

Тогда я стала чистить лук.

– А что было? – я оглянулась на Томаса, но он продолжал обстругивать картошку и болтать с Лаки, который улёгся рядом с ним, и глаз не спускал со стола, на котором лежали большие куски свежайшего мяса.

– С моей стороны – просто секс, – он дёрнул плечом. – У мужчин есть свои потребности. И когда тебе предлагают – почему бы не взять?

Мои щёки вновь заполыхали. Имей в виду, Гейб, с этого момента со всеми своими потребностями изволь обращаться только ко мне. Мне очень хотелось произнести это вслух, но я не решилась.

Всё было ещё настолько зыбко, неясно. Успею ещё.

– Думаю, то же самое. Чувств там точно никаких нет.

– Есть там чувство, – вмешался Томас. А вроде бы и не слушал нас. – Называется «алчность». Она хочет добраться до денег Гейба.

– Ну, наверное, не всё так мрачно, – повернулась я к мальчику. – Можно подумать, Гейба просто так полюбить нельзя, без денег? Он же вон какой красивый!

– Спасибо, – улыбнулся Гейб. – Но не думаю, что дело в моей внешности.

– Мы все красивые, – отмёл мой аргумент Томас.