Чистый углерод. Алмазный спецназ - 2

В мире Мадлен большинство тружениц постельного фронта так и остается вечными пролетарками, но некоторым удается и разбогатеть. У порнофильмов есть свои кинозвезды, как и у фотомоделей того же полета, а у девочек по вызову — своя аристократия, работающая отнюдь не за гамбургер и мятую четвертную…

Добравшись до здания, где располагались жандармы, он еще издали увидел толпу человек в триста, сгрудившуюся на некотором отдалении — и вместо антенны на крыше лишь подставки. Антенну, конечно, как и опасался капитан, первым делом срезали густыми очередями.

Он оказался тут единственным белым.

И, не раздумывая, двинулся напролом, как кабан через камыши, кого бесцеремонно отпихивая левым плечом, кому поддавая под коленки или по заднице тяжелой сумкой. Куртку он заранее распахнул, чтобы арсенал на поясе предстал во всей красе. Ушибленные им яростно оборачивались, готовые порвать на тряпки или как минимум обматерить в семь этажей с чердаком — но узрев круто вооруженного белого, вмиг сникали и расступались, пихая соседей.

Мазур довольно быстро протолкался в первый ряд. Ах, вот оно что… На пустом пространстве меж толпой и оградой, шириной метров в пятнадцать, расхаживали, пыжась и важничая, два местных полицая, вида самого похабного: форма мятая и кое-где в пятнах непонятного происхождения, фуражки нахлобучены кое-как, словно махновские папахи, револьверы на пузе, ручаться можно, с позапрошлого года не чищены.

Объявились, суслики. Отсиделись где-то в безопасном местечке, а когда опасность исчезала совершенно, вылезли и стали всем напоминать, что они — представители власти. Ровно половина полицейских сил Лубебо. Вторая половина, скорее всего, гораздо более пессимистически смотрит на жизнь и до сих пор ховается по чердакам или подвалам. В том числе и начальник полиции, один из четырех — Мадлен мимоходом упоминала, что он в чине капрала, а у этих двоих погоны лысые.

Мазур неторопливо двинулся прямо на них. Один неуверенно попытался заступить ему дорогу, но Мазур рявкнул:

— Смирно! На первой пальме повешу, сволочь!

Полицаи шарахнули, оба попытались принять стойку «смирно», но вряд ли слышали о существовании таковой, так что получилось у них поганенько. Пройдя еще несколько шагов, Мазур остановился.

Здание не загорелось, но там и сям из разбитых окон еще выползали тонкие струйки пахнущего горелым тряпьем дыма. У ограды — россыпь пустых стеклопластиковых тубусов от одноразовых гранатометов, повсюду россыпи разнокалиберных гильз. Ага, труп в камуфляже, и вон там, и еще… С дюжину нападавших жандармы все же сумели отправить в который-то из Соседних Миров. Есть, конечно, старое правило, гласящее, что нападающий теряет в три раза больше людей, чем засевший в обороне, но оно не всегда работает.