Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

И поэтому, отыскивая Джейми, рассчитывать можно было лишь на то, что кто-нибудь встретит его и сообщит об этом в Лаллиброх. Зима была на носу, и путешествие в Бьюли становилось невозможным. Обдумывая положение, я сидела и подкладывала хворост в костер.

Куда мог направиться Джейми из того места, откуда он бежал? Конечно, не в Лаллиброх и почти точно – не на север, во владения Маккензи. На юг, к границе, где он мог встретиться с Хью Мунро или со своими прежними товарищами-изгоями? Нет, наиболее вероятно, что он все-таки двинулся на северо-восток, по направлению к Бьюли.

Но если я сумела вычислить это, то же самое в состоянии сделать и люди из патруля.

Мурта вернулся к огню с охапкой сучьев и сбросил их на землю. Уселся, скрестив ноги, на край пледа, а в остальную часть его закутался от холода. Он посмотрел на небо, по которому быстро бежали облака, то и дело скрывая диск луны.

– Снега пока не будет, – хмуро произнес Мурта. – Он пойдет через неделю, а то и через две. Мы могли бы успеть добраться до Бьюли.

– Вы считаете, что он направился туда? – спросила я, обрадованная тем, что мысли наши совпали.

Маленький клансмен пожал плечами и подтянул конец пледа повыше.

– Трудно сказать. Ему нелегко туда попасть, пришлось бы днем затаиваться и вообще держаться в стороне от дорог. Да и лошади у него нет. – Он задумчиво поскоблил свой щетинистый подбородок. – Мы-то не сможем его найти, лучше дать ему возможность отыскать нас.

– Каким образом? Пускать сигнальные ракеты?

Мурта остался верен себе: какую бы нелепость – с его точки зрения – он от меня ни услышал, он вел себя так, словно я ничего не говорила.

– Я захватил с собой небольшой сверток с вашими снадобьями, – сказал он, указывая подбородком на седельные сумки.

 – В окрестностях Лаллиброха вас уже знают как лекарку. Надо, чтобы об этом узнали и в других местах.

Он одобрительно кивнул самому себе.

– Да, это будет правильно.

Не вступая в дальнейшие объяснения, он улегся, завернулся в плед и уснул, не обращая ни малейшего внимания ни на ветер в деревьях, ни на мелкий дождик, ни на меня.

Довольно скоро я на практике постигла, что он имел в виду. Мы открыто – и медленно – разъезжали по главным дорогам и останавливались возле каждой фермы, в каждой деревне, в каждой деревушке.

Мурта делал быстрый обход местного населения, выяснял, кто болен или поранился, и приводил этих людей ко мне на лечение. Врачей в этих местах было мало, ехать к ним далеко, так что почти всегда находился кто-нибудь недужный.

Пока я возилась со своими микстурами и мазями, Мурта на досуге болтал с приятелями и родственниками страдальца, не забывая поподробнее рассказать, какими дорогами мы направляемся в Бьюли.