Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

Ничего не происходило, слезы душили меня.

Руки Джейми легли мне на плечи и отвели их назад, так что я увидела его лицо. Сквозь пелену слез я разглядела выражение, какое было у него во время сражения: напряжение покинуло его, сменившись спокойной уверенностью.

– Я верю тебе, – сказал он твердо. – Я не совсем понимаю – пока, – но я верю. Клэр, я верю тебе! Выслушай меня! Между нами правда, между тобой и мной, и я буду верить тебе.

Он легонько встряхнул меня.

– Не важно, что это такое. Но ты мне рассказала. Пока этого довольно. Успокойся, mo duinne. Положи сюда голову и отдохни.

Остальное ты расскажешь мне потом. И я поверю тебе.

Я все еще всхлипывала, не в состоянии уяснить себе его слова. Сопротивлялась, вырывалась, но он обхватил меня и крепко прижал к себе, накрыв мне голову краем своего пледа и повторяя снова и снова: «Я тебе верю».

Наконец, в полном изнеможении, я успокоилась настолько, чтобы взглянуть на него и сказать:

– Но ты не можешь поверить мне.

Он улыбнулся. Губы у него дрожали, но он улыбался.

– Не стоит, англичаночка, заявлять мне, чего я не могу.

Он помолчал и спросил с любопытством:

– Сколько же тебе лет? Мне не приходило в голову узнать у тебя раньше.

Вопрос казался настолько абсурдным, что мне понадобилась минута на размышление.

– Двадцать семь… возможно, двадцать восемь.

Ответ, кажется, немного смутил его. Женщина двадцати восьми лет, по меркам их времени, приближалась к среднему возрасту.

– О, – произнес он и глубоко вздохнул. – Я-то считал, что ты моего возраста… или моложе.

Некоторое время он сидел неподвижно, потом наклонился ко мне со слабой улыбкой:

– С днем рождения, англичаночка.

Меня эти слова очень удивили.

– Что? – спросила я с достаточно глупым видом.

– Я сказал, что поздравляю тебя с днем рождения. Сегодня двадцатое октября.

– Правда? Я потеряла счет дням…

Я снова начала дрожать от холода, волнения, от потери сил, затраченных на мою пламенную тираду. Джейми притянул меня поближе, легкими движениями больших ладоней гладил меня по голове, убаюкивая у себя на груди. Я опять заплакала, но то были слезы облегчения. В состоянии полного душевного переворота мне казалось теперь вполне логичным, что, если Джейми, узнав мой настоящий возраст, продолжает желать меня, значит, все обойдется.

Он поднял меня и, осторожно придерживая у плеча, отнес к костру, где лежало на земле седло. Сел и оперся на седло, продолжая держать меня на руках. Заговорил он спустя долгое время:

– Ну хорошо. Теперь рассказывай.

И я рассказала. Поведала ему все, хоть и запинаясь, но вполне последовательно. Оцепенелая от усталости, я все же была довольна… как кролик, которому удалось обмануть лису и найти пусть временное, но все же укрытие под каким-нибудь бревном.