Девочка со свечкой

Наверное, отпустил водителя в конце рабочего дня. На нем роскошный, синий костюм. Из-под пиджака виден ворот белой рубашки. Волосы лежат красиво, но не вычурно, как у Роберта. Мне приходит в голову, что за все время пребывания на каникулах я не видела Федорцова ни в домашней одежде, ни в спортивной.

В салоне тепло и пахнет Рождеством: что-то похожее на корицу или мускатный орех.

— Здравствуйте, Марк Николаевич. — Смахиваю капли с лица.

Волосы промокли, и кудри провисли, став менее выраженными. А длина значительно больше — почти до груди.

Он поворачивается и скользит по мне взглядом, и я от чего-то смущаюсь и спешу добавить:

— Спасибо, что приехали. Льет как из ведра. — Выходит неестественно. — Это Марк Николаевич. — Поворачиваюсь к Антошке, указывая на Федорцова.

Он затих. Сидит, прислонившись спиной к светлому сидению, похожий на мокрого кукушонка. Внимательно смотрит на Марка.

— Привет. — Улыбается Федорцов, и на его щеке образуется ямочка, а взгляд становится теплым. Никогда его таким не видела. — Как тебя зовут?

— Антон Алексеевич. — Пищит Антошка и добавляет. — Красивая машина.

Я пытаюсь сдержать улыбку. Федорцов тихо смеется, а я залипаю взглядом на его лице.

— Я отопление прибавлю, чтобы Антон Алексеевич и Инга Анатольевна не заболели. — Говорит серьезно и тянется к бардачку.

Достает упаковку бумажных платочков и протягивает мне, после чего заводит мотор. Машина бесшумно трогается с места. Мимо проплывает вечерний город: безлюдный, залитый дождем.

Мама говорила, что дождь — это хорошо. Он смывает все плохое, а дождь в дорогу — добрый знак.

Поднимаю глаза и ловлю в зеркале заднего вида взгляд Федорцова. По предплечьям бегут мурашки, а сердце пугливо дергается. С трудом заставляю себя удержать его взгляд, чтобы не выглядеть в его глазах неуверенной дурочкой. Выдерживаю всего несколько секунд и возвращаюсь глазами к окну.

Но меня хватает ненадолго, и я снова осторожно кошусь в его сторону. Зеленый свет бросает блики на рукав его пиджака, делая поездку сюрреалистичнее. Все происходящее ощущается странно.

Тихо бормочет радио. В машине так тепло и уютно, что я начинаю клевать носом.

Последние дни были полны разочарований и потрясений, а сейчас неожиданно на меня спускается долгожданный покой. Ощущение, что я пришла в точку назначения спустя долгое время. Ничего больше неважно.

Мне хочется ехать вот так вечно. Не хочу бороться, не хочу ничего решать. Не хочу бояться и сожалеть. Как же я устала.

— Инга… — Вырывает меня бархатный голос из теплой неги.

По ногам тянет холодом. Меня посещает чувство дежавю.

Я умудрилась вырубиться, а не просто задремать. Федорцов стоит рядом с открытой дверью, склонившись надо мной. Теперь я чувствую исходящий от него, ненавязчивый аромат сандала.