Днк, или внебрачная дочь монстра

Люди, что находятся в моём окружении либо верны мне и преданней собаки и тогда я соответственно к ним отношусь, либо, я их уничтожаю, если кто-то, неважно кто, решил сделать из меня идиота, и не дай Бог, решил навредить мне, а теперь, ещё и моему ребёнку.

— Вы считаете, я могу навредить вам или сделать из вас… идиота? — в её голосе послышались обиженные и недовольные нотки.

— Я этого не говорил. Не искажайте мои слова. Я всего лишь вас предупредил, что, если вдруг, вам в голову придёт некая дурная мысль, просто знайте — я не прощаю ошибок и не даю людям второго шанса. Никому и никогда.

— Даже себе? — упрямо спросила она.

Я долго молчал, глядя ей в глаза и сказал:

Наталья открыла было рот, чтобы мне что-то сказать, как вдруг, Диана всхлипнула, громко закричала, а потом малышку начало рвать.

— Диана! – закричала Наталья испуганно.

— Что с ней? — я вскочил с кресла и упал на колени перед кроваткой, на которой с Дианой происходило что-то страшное.

Наталья дала попить ей воды и рвота прекратилась.

— Я… Я не знаю, что с ней… — испуганно заговорила Наталья. — Сколько нам ещё лететь?!

Диана часто дышала. Детское личико покрылось испариной. Она стала бледной.

Наталья посмотрела мне в лицо. В её глазах плескался животный страх, билась в истерике паника. Внешне, девушка старалась держать себя в руках, но только один Бог ведает, что сейчас переживала её душа.

— Мы летим всего двадцать минут. Остался ещё час и сорок минут.

— Господи… Пусть всё будет хорошо, — пробормотала Наталья дрожащим голосом. — Дианочка, солнышко моё, держись. Держись, моя сладкая. Прошу тебя, родная.

Она поцеловала её лобик, пухлые щёчки.

— Она горячая… — произнесла девушка испуганно.

— Всё будет хорошо… — сказал я, как вдруг, моя дочь, моя малышка, что едва появилась в моей холодной и промозглой жизни, потеряла сознание.

«Теперь я знаю, сколько длится вечность».

«Один час и сорок минут… Пытка, самый страшный ад и душевные муки – вот что я испытала за это бесконечно долгое время полёта».

Марина, бортпроводница на самолёте Макара, имела медицинское образование. Эта молодая женщина теперь для меня и Дианы стала настоящей спасительницей. Она была в курсе состояния здоровья моей малышки, и быстро оценив ситуацию, мгновенно приняла меры.

У Дианы поднялось давление, но мы с ним справились.

Но радоваться не пришлось.

Диане было плохо. Моя малышка весь полёт тихонько плакала, сил даже на слёзы у крохи не было. Диана страдала, но никто из нас не мог ей должным образом помочь.

Это убивало меня изнутри, чувство вины душило и терзало. Я не знала, что мне делать, чтобы моя малышка больше не страдала.

Мне кажется, что лучше б я сама прошла через всё это, чем моя маленькая девочка.