Днк, или внебрачная дочь монстра

Причиной моей тревоги был яркий блеск солнечного света, пробивающийся сквозь плотно задёрнутые шторы и звонкая тишина. Я не слышала дыхания малышки. Диана никогда не спала так долго.

— Господи… — прошептала испуганно.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Руки резко задрожали, а ноги словно налились свинцом.

Вчера я так сильно устала, что меня буквально вырубило, едва я коснулась подушки. И спала так крепко, что я даже не услышала Диану!

Взволнованная и встревоженная, путаясь в проклятом одеяле, я подлетела к кроватке и на мгновение замерла — кровать была пуста.

Дианы здесь не было.

Быстро развернулась на пятках, осматривая комнату и тут же, пулей вылетела из спальни.

На секунду притормозила на площадке второго этажа.

Внизу были слышны голоса. И смех Дианы.

Кубарем слетела по лестнице вниз, влетела в столовую и застыла истуканом.

Стол был сервирован к завтраку.

Диана сидела на высоком детском стульчике и с удовольствием уплетала какое-то зелёное пюре. Малышка извазюкала всё своё личико в этой зелёной жиже, но выглядела довольной. А во главе стола, аки царица, восседала Маргарита Севастьянова, собственной непревзойдённой персоной. В элегантном костюме, с причёской и макияжем, словно над ней буквально недавно «колдовали» стилист и визажист.

Её аристократически оттопыренный мизинец на правой руке, когда она держала кофейную чашечку и пила свой напиток мелкими глотками, меня жутко взбесил.

— Маргарита, — произнесла её имя без особой радости и подошла к своему ребёнку.

Взяла ложку и попробовала, что же ест моя малышка.

Пюре из брокколи. Чтож, Рита сейчас спаслась.

— Наташа, — улыбнулась мне будущая свекровь. — Ты так крепко спала, что даже не услышала, как тебя будили слуги. И даже плач Дианы не смог вытащить тебя из сна.

Я села рядом с малышкой, проверяя остальное её питание и бросив гневный взгляд на Риту, хмуро ответила, не став оправдываться:

— Меня нужно было разбудить. Это важно.

Чтож, с едой всё было в порядке.

— Диане нужно принимать лекарства сразу после еды. Вы этого не могли знать и…

— Вот эти? — неприятно удивила меня Рита, указав на сервировочный столик на колёсиках, стоящий рядом с ней.

Я подошла к столику. На нём находились баночки с препаратами для моей Ди, графин с водой и стакан.

«Что происходит? Она что, рылась в моих вещах?!»

Я вернулась на своё место, и подозрительно сузив глаза, поинтересовалась:

— Откуда они у вас? И даже если вы нашли лекарства — это ещё полбеды. Их нужно давать правильно, согласно выписанной доктором схеме, а не просто так и…

Рита изящным движением руки, вынула из своего кармашка пиджака сложенный вдвое лист бумаги, равернула его и протянула. Это был лист с эмблемой нашей клиники, подписью и печатью нашего доктора фон Айхенвальда.