Доктор. Заново

Я вот специально хотел тебе показать, что по дурости можно и перворазряднику проиграть. Особенно левше.

— Я понял, Сергеич, — сипит Вова, вися на канатах.

Ничего себе увлёкся. Я думал, раундов десять прошло, не считал звонки таймера. Отрицательно мотаю головой:

— Не должен. Резерв ещё есть, могу и ускориться.

— Пожалуй, — сдержанно выдавливает Вовик.

— А кто такой Коваленко? — не могу не поинтересоваться.

— Да камээс один, очень «на ногах» хорошо стоит. Прозвище — «бегун». Высокий, худой, только дальняя дистанция, очень хорошо перемещается. Ещё встретитесь…

Как обычно, после зала несусь домой, меняю пакет бокса на пакет плавания. Потом привычно несусь в бассейн.

Сегодня в бассейне «заряжают» анаэробную тренировку: много проныров, жёсткий режим в районе минута — двадцать. Это когда проплыл сотню за минуту — отдыхаешь двадцать секунд. Проплыл сотню за минуту девятнадцать — отдыхаешь секунду. Дальше — следующая сотня.

Дистанцию вначале объявляют в полтора километра. После полторашки, тренер говорит без предупреждения:

— Ещё полтора! На психологическую выносливость!

Народ выражает негодование и резко сбавляет темп, выходя из режима. Такое на моей памяти первый раз. Интересно, что это нашему Смолякову стукнуло в голову? Я выкручиваюсь тем, что повышаю гемоглобин в крови и снижаю расход кислорода в тканях.

Кстати, Вовик рассказывал про такое упражнение. Вернее, подобное. Они в армии бегали по десять километров, вылив предварительно воду из фляг. Говорит, только добегаешь десятку — рысишь к воде — а тут команда: отставить! Не пить! Следующие десять километров бегом марш!

Суть упражнение в том, чтоб каждый понял: резервы организма намного больше, чем кажутся. Вовик говорит, на первой десятке думал, помрёт. А на самом деле упал и «сдох» только на четвёртой или пятой десятке.

То есть, организм не хочет бежать первые десять километров, но спокойно пробегает потом ещё пять раз по столько. Ну, почти спокойно.

Не понятно, зачем наш Смоляков такое устроил, но я — единственный, кто гребёт. Ещё пытается тянуться «в режиме» Анька, но я бросаю за ней следить, так как концентрируюсь на себе.

После тренировки из любопытства прямо из бассейна спрашиваю тренера:

— Виктор Александрович, а что это было? Что за удлинённый марафон «в режиме»?

Все тоже с интересом прислушиваются.

— На соревнованиях бывает всякое, — отвечает Смоляков. — Судорога — ни с того ни с сего, вот на ровном месте. Прямо на старте. Или неудачный старт — и под очки вода затекла. А плыть полтора или восемьсот. Или на развороте после кувырка воды хлебнули. Если растеряться — в лучшем случае, потерянная пара секунд. А это — стоимость всей дистанции. А вот такой двойной марафон — это и на скоростную выносливость, и на психологическую.