Дом незнакомцев

Марни и Пол расхохотались, и их взгляды на мгновение встретились над головой мальчика. Мягкий ветерок, дувший в окна машины, привел волосы Марни в очаровательный беспорядок, и ее лицо с зелеными смеющимися глазами выглядело словно само воплощение лета — теплым, абрикосовым загаром, приветствующее прикосновения солнца.

— Какой хорошенькой вы выглядите, Марни, — сказал Пол. — Словно сошли с веселой рекламы летних каникул.

Комплимент не смутил ее, потому что она инстинктивно чувствовала, что Пол не заигрывает с ней. Она улыбнулась ему в ответ, потом благодарно приняла липкий кусочек шоколада от Джинджера, который явно считал, что хорошенькую женщину более полезно кормить не речами, а сладостями.

Его глаза, опушенные длинными ресницами, сияли счастьем, и мальчик королем сидел между двух людей, которым почти удалось стереть его печальные воспоминания и показать ребенку, что он тоже может быть любим, несмотря на больное плечо.

В приюте Джинджер, к несчастью, узнал, что есть люди, которые по-разному относятся к здоровым детям и к тем, у кого есть физические недостатки. Он заметил, что именно здоровые дети всегда находят новых родителей. Потом они уезжают жить в красивые дома, где есть сад и очень часто есть братик или сестричка, с которыми можно играть, иногда даже есть собака. Джинджер, казалось, не мог рассчитывать на приемную семью, но в глубине своего сердца, в большой, большой тайне, он считал своей семьей Марни и мистера Стиллмена.

Ребенок хранил эту тайну глубоко внутри. Как бы они удивились, думал он, поглядывая на Пола, потом на Марни с видом собственника. Это были его люди, и он прижался рыжеволосой головкой к Марни, которая начала его щекотать, заставляя заливаться трелью звонких смешков.

Они провели полчаса в Нью-Форесте, кормя лохматых пони из окна машины, а потом добрались до Найтон-Сэндс, где море, похожее на растопленное серебро, набегало на прелестный дикий берег, который никогда не пользовался большой популярностью у широкой публики. Для большинства поездка на море означала ресторанчики с морепродуктами, кафе-мороженые и шумные парки развлечений. То здесь, то там виднелись семейные пары, растянувшиеся на песке, впитывавшие в себя солнце, счастливо избавленные от шума и суматохи более модных пляжей, расположенных дальше по побережью. Ласточки касались крыльями сверкающей воды, а белые и жемчужно-серые чайки стенали над скалами, где просоленные, перепутавшиеся колючки свисали словно занавес над входами в каменистые пещеры утеса.

Марни скинула туфли и босиком побежала по мягкому песку. Джинджер сделал то же самое и поспешил за ней. Они спустились прямо к линии прибоя, и Пол слышал их жизнерадостный юный смех.