Донор

Возможно, но нет! И сейчас он убедится в этом.

Первым делом он вошел в приложения. Наличие таких, как VK или OK, почти наверняка означало в его воспаленном мозгу измену. Иначе зачем прятать планшет? Зачем его вообще покупать, если не для общения с каким-нибудь кобелем? VK он не нашел. Костя нашел кое-что другое. В корневой папке была одна папочка What Sapp media. Еще одна странность не в пользу его «верной супруги». Эта папка говорит только об одном — на этом устройстве было установлено приложение для общения What Sapp. Его удалили, но следы остались. Следы, по которым он и вычислит деяния этой шлюшки.

Несколько мегабайт информации в папке обещали разоблачение столетия. Он с тщательностью просматривал снимок за снимком. Ничего. Бестолковые кривляния на камеру. Наташа кривлялась, улыбалась, судя по жестам, танцевала. Он с ужасом посмотрел на дату. Эта шлюха веселилась в день похорон их сына.

Он еще раз пролистнул фото. Несмотря на гнев, клокочущий внутри, Костя хотел понять, кто с этой шлюхой резвился в день похорон. Не могла же она сама себя фотографировать? Нет. Он бы понял. Сейчас Сеть переполнена этими селфистами.

Там и ракурс совсем другой, и руки обе вряд ли бы были в кадре. У этого безобразия был фотограф, и вряд ли это Олеся. Костя всматривался в отражения, в тени. На трех последних, которые его не заинтересовали в первый просмотр из-за смазанности, «фотограф» опустил аппарат (мобильник, смартфон или фотоаппарат), но съемка продолжилась. И вот здесь обнаружилась деталь, которая и подсказала Косте профессию «ухажера». Черная кепка, после реформы сменившая милицейскую фуражку, попала в кадр всего лишь раз, но было очевидно: фотограф — полицейский.

Молохов бросил машину ближе к террикону. От злополучного дома ее было не видно, а именно это для него было очень важно. Сергей был уверен, что в доме произойдет беда. Всегда происходила и сейчас произойдет. Вот только Молохов не знал, что он может. Что-то ему подсказывало, что в доме тварь, которую огнестрельным оружием не остановить. После встречи с историком и получения кое-каких архивных документов прояснились некоторые детали.

Сергей одернул форму, поправил папку с документами и пошел вниз к дому.

Полицейская машина накренилась, заднее правое колесо провалилось, миллионы трещин побежали по утрамбованной отработке к заваленному входу шахты.

Через десять минут «УАЗ» ушел под землю.

Наташа подбежала к двери подвала в тот момент, когда та захлопнулась перед ней.

— Костя, нам надо поговорить!

— Разговорами здесь ничего не решить.

Алексей стоял в паре метров правее двери в подвал, сложив руки на груди. Багровая дымка из раны на голове уже окутывала пол-лица.

— Но что нам делать?

Голос Наташи едва не сорвался на крик. Она повернулась и опустилась на пол.