Двойной эскорт. Экзамен для героев

Не приходилось ли вам здесь видеть рыжего человека в зеленых ботинках?

По лицу сторожа было заметно, что он лихорадочно пытается вспомнить всех известных ему рыжих.

– Извините, сэр, здесь ни одного не припомню. Но на Центральном рынке есть один рыжий. Про ботинки не скажу, но на продаже картошки часто обсчитывает. Вот если бы его привлечь – было бы правильно.

– Где, вы говорите, – на Центральном рынке? – уточнил Ганс.

– Хорошо. – Ганс повернулся к Хельсингу. – Лейтенант, запишите информацию рядового запаса Шмидта…

Хельсинг достал блокнот и черкнул там пару строк.

– Так, теперь нам нужно выяснить, в каких комнатах находятся «Триал групп», «Медиалиния» и… «Полезный березовый сок».

– «Триал» на втором этаже, комната двадцать четыре, «Медиалиния» там же – комната двадцать девять, а «Березовый сок» тут – на первом, комната номер девять. Но знаете, что я вам скажу, сэр…

Сторож огляделся, словно опасаясь, что его услышат посторонние.

– В «Медиалинии» работают педерасты!

– Вот как? – сыграл удивление Ганс и, строго взглянув на Хельсинга, добавил: – Запишите, лейтенант, позже мы с этим разберемся.

Оставив сторожа в вестибюле, Ганс, Хельсинг и Понтьер поднялись на второй этаж и без труда нашли комнату двадцать четыре. Из-под двери в темный коридор пробивалась полоска света.

Ганс без стука вошел в комнату, за ним ввалились Хельсинг и Понтьер. Сидевший перед компьютером человек испуганно на них взглянул и, слегка заикаясь, спросил:

– Нам нужен владелец оптовой фирмы «Триал групп», некто Лешек Смоктуньский.

– Я-я Лешек… Смоктуньский.

– А мы – из федеральной полиции.

Ганс снова махнул удостоверением.

– Чи… Чем могу? – осторожно спросил Смоктуньский, выходя из-за стола.

– Нам стало известно, что вчера вами был продан прибор космической связи «терция-четыре».

– Д… да, пы… прибор был продан, – кивнул Смоктуньский, бледнея. Похоже, манипуляции с налогами привели его в западню.

– Нам хотелось бы знать, кому вы продали этот прибор, господин Смоктуньский.

– Я не зы… знаю, господа. Продал не я, а мой знакомый.

– Где, при каких обстоятельствах? – спросил Ганс и стал прохаживаться по тесному офису, рассматривая развешанные на стенах акварели.

– Дело в том, что… То есть дело в том, что…

– Сами рисуете? – спросил Ганс, останавливаясь напротив одной из акварелей.

– Красиво. Так кто продал прибор?

– Г… г… Гоблин! То есть Готлиб, прошу прощения, волнуюсь. Где продал, точно не знаю, но, скорее всего, на Чернушке, это рынок такой на восточной окраине, в промзоне.

– Адрес Гоблина-Готлиба знаете?

– Так точно, сэр, знаю.