Джек Ричер, или Дело

В комнате я рассмотрел диванчик, кресло и низкий комод, на котором стоял телевизор, а возле него — кассетный видеомагнитофон и несколько кассет рядом с ним. Дверь гостиной была открыта, и я смог заглянуть в узкую прихожую, в которую вела раскрытая дверь. Я перешел на другое место и стал вертеть шеей, выбирая лучшую позицию в надежде увидеть что-нибудь.

— Если хотите, можно войти в дом, — сказала Деверо, стоявшая позади.

— Дверь открыта. Она и была открыта, когда мы в первый раз входили в дом.

— Это обычная практика здесь?

— Как раз необычная. Мы так и не нашли ее ключа.

— Его не было в сумочке?

— У нее не было с собой сумочки. Она, похоже, оставила ее на кухне.

— Она не курила, — объяснила Деверо. — И наверняка не платила за выпивку. Так зачем ей носить с собой сумочку?

— А косметика? — напомнил я.

— Двадцатисемилетней особе не обязательно пудрить свой нос несколько раз за вечер. Этим они не занимаются. Уже не занимаются.

Открыв дверь, я вошел в дом. Все внутри было чистым и аккуратным, вот только воздух казался застоявшимся и тяжелым. Полы, ковровые дорожки, покраска стен и мебель — все было свежим, но не совсем новым.

Как раз напротив гостиной располагалась кухня-столовая, а позади нее — две спальни и, похоже, ванная комната.

— Хороший дом, — заметил я. — Почему бы не купить его? В нем вам было бы лучше, чем в отеле «Туссен».

— Особенно по соседству с этими старыми глазастыми склочницами, которые бы не спускали с меня глаз? Да я рехнусь уже в первую неделю.

Я улыбнулся. Это и вправду серьезный довод.

— Да даже и без этих старух, я все равно не купила бы его. Не хочу жить в таких условиях. Это совсем не то, к чему я привыкла.

Я понимающе кивнул и ничего не сказал.

— Но в действительности я бы не смогла его купить, даже если б и захотела, — добавила она. — Мы не знаем, кто является наследником и с кем надо говорить об этом.

— Ей же было всего двадцать семь лет.

— И никаких документов?

— Пока мы ничего не обнаружили.

— Ипотечной закладной тоже нет?

— Никаких документальных свидетельств об обязательствах в отношении каких-либо структур нашего округа.

— Никто не помнит, чтобы она упоминала хотя бы о ком-то.

— И что вы намерены делать?

— Осматривайтесь, — сказала Деверо, шедшая позади меня.

 — Не стесняйтесь. Чувствуйте себя как дома. Но если найдете что-нибудь, скажите мне. Я должна это видеть.

Я переходил из одной комнаты в другую, чувствуя себя человеком, совершившим противоправное вторжение в чужое жилище. Я всегда испытывал подобное чувство, находясь в доме покойного. В разных местах мне попадались на глаза мелкие свидетельства беспорядка — например, вещи и предметы, которые должны были быть почищены и убраны до прихода ожидаемого гостя.