Джек Ричер, или Дело

В любом случае у меня достаточно данных для того, чтобы прижать вас к ногтю.

— Но не пытайтесь мошенничать, — предупредил я. — Я прочитаю листок после вас. Ради проверки.

Сенатор снова вдохнул и начал читать вслух:

— Согласно данным Отдела учета кадров Корпуса морской пехоты Соединенных Штатов…

— Мне необходимо знать, имеет ли этот документ гриф секретности.

— Это что, имеет значение?

— У тебя нет допуска к секретным материалам. Так же, как и у моего сына.

— Это не секретный документ, — успокоил я его. — Читайте дальше.

— Согласно данным Отдела учета кадров Корпуса морской пехоты Соединенных Штатов, в составе Корпуса морской пехоты гражданка по имени Элис Бутон не значится.

— Они придумали ее, — сказал я. — Она не существовала. Какая небрежная работа… Я даже засомневался, а вдруг я ошибаюсь? Может быть, вы разделили свой коварный план на две отдельные стадии? Может быть, на первой стадии была история с машиной? Может быть, Элис Бутон вы вписали в отчет в последнюю минуту, поскольку у вас уже не оставалось времени на то, чтобы добыть данные реального человека?

— Армию необходимо защищать, — сказал старик. — И ты должен понимать это.

— То, что армия потеряла, то приобрел Корпус морской пехоты. А ведь вы и для них являетесь дедушкой. Так что в профессиональном отношении грош вам цена. А защищали вы своего сына.

— Это мог быть любой солдат его батальона. Мы ко всем относимся одинаково.

— Да чушь все это, — отмахнулся я. — Фантастическое проявление коррупции. Что-то совершенно необычное. Беспрецедентное. Ведь в этом деле замешаны вы двое, больше никто.

— А кстати, — добавил я, — ведь это именно я защищал армию.

У меня не было никакого желания стрелять в них. К тому же у патологоанатома практически ничего и не будет для исследования, но осторожный человек постарается не подвергать себя ненужному риску. Поэтому я бросил пистолет на диван возле себя и, вытянув вперед правую руку с растопыренной ладонью, плашмя приложил ее к затылку сенатора и, нагнув ему голову, ударил ее об ограждение приборной панели. Ударил довольно сильно. Человеческая рука может бросить бейсбольный мяч, придав ему скорость сто миль в час, а если вместо мяча фигурирует человеческая голова, то скорость может достичь тридцати миль в час. А ремень безопасности, как утверждают, не спасает при толчке, возникшем на скорости в тридцать миль в час, что может оказаться смертельно. Я не хочу сказать, что намеревался убить сенатора. Просто хотел вывести его из игры примерно минуты на полторы.

Приподняв вверх свою правую руку, я взял Рида Райли за подбородок. Его руки вцепились в мое запястье, но я оторвал их своей левой рукой, а потом, распялив пальцы, нажал ладонью на макушку его головы.