Его сладкая девочка (СИ)

— Ты что тут делаешь?

— Дело в том, что я так внезапно уехала, были срочные дела, а сейчас Макс несколько дней не отвечает на звонки, в офисе его не застать.

Так это очередная пассия Ржевского? Ну, они как небо и земля с Ириной Николаевной, совершенно разные. Я, конечно, не встречала других его женщин, но определенного типажа, видимо нет в приоритете.

— Я ничем не могу тебе помочь, если Макс не отвечает и не берет трубки, значит, занят. В моем офисе его точно нет.

О, вот она, мужская солидарность. Прикрыть друга кобеля, это святое.

— Передай, пожалуйста, что я его ищу, если встретишь, нужно очень серьезно поговорить.

Было видно, как девушка расстроена и взволнована, прижимала к груди сумочку и кусала губы, несмотря на помаду. Развернулась, ушла, лишь оставив шлейф духов.

— Кто беременна? — Вершинин смотрит на меня, а глаза такие удивленные, даже рот приоткрыл. — Ты беременна?

И почему, как только мужики слышат это слово, у них моментально отключается мозг? Вот совсем недавно он был строгим руководителем, а сейчас стоит и смотрит на меня с дурацким выражением лица.

— Эта девушка, не я.

— Не знаю, кто она, нас не представили.

— С чего ты так решила?

— Если женщина хочет серьезно поговорить с мужчиной, она либо его бросает, либо беременная.

— У тебя такой большой опыт в отношениях?

Вершинин подходит совсем близко, вот на его губах уже легкая ухмылка, обнимает меня за талию, заглядывает в глаза.

— Нет, небольшой, просто я женщина. Что будем делать со Ржевским?

— Ничего, пусть сам разбирается, не до него и его любовниц сейчас. Мне надо отъехать, Тимофей отвезет тебя домой, я сказал ему.

— Нарисовалась деловая встреча.

— А можно я с тобой?

Совсем не хочу быть одна, так привыкла к нему, что даже не представляю, что буду делать.

— Нет, сладкая, это скучное и неинтересное мероприятие, я недолго, обещаю.

— Сейчас кто-нибудь зайдет и увидит, как начальник обнимает свою секретаршу.

— Не будем разбивать стереотипы, пусть все знают, что ты со мной спишь.

Улыбается, целует, а мне даже уже все равно, что кто-то может зайти на самом деле.

Отрывается, уходит в кабинет, потом возвращается уже в пальто, в руке ключи от машины, подмигивает. Сажусь в кресло, все мысли снова возвращаются к папе, его знакомой и делах, которые он задумал.

Набираю номер сестры, но та не отвечает, зато звонит Прохоров.

— Это я должен слушать тебя. Что ты там наплела про меня?

— Я? Про тебя? Федор, ты тебе льстишь, я не то что ничего не говорю про тебя, я даже не думаю о тебе. У меня есть мужчина, мужчина во всех смыслах — и не тех, что близки тебе.

— Дымова, ты опять несешь чушь? Не было у меня ничего с тем парнем, не было и не могло быть! — Федор кричит в трубку, но он может орать сколько угодно и хоть на весь штат, мне все равно.