Его выбор

Друзья были очень близки - ближе, чем братья. Это не значит, что они никогда не ссорились, наоборот, порой сцеплялись, как кошка с собакой. Но по большому счету всегда действовали заодно. Они были безгранично преданы друг другу, и нередко от этой преданности страдали другие. И в первую очередь она, Катрин.

Официант принес коктейли и меню. Женщина смотрела на отпечатанный листок невидящим взглядом. Ей впервые открылось, что скорбь Джефа так же глубока, как ее собственная. Ему даже тяжелей. Ведь он был там, возле обрыва,- беспомощный свидетель гибели сперва Рона, а потом Гордона, когда тот пытался спасти ребенка. Ужасно стать очевидцем подобной трагедии. Слава Богу, ее миновала чаша сия.

Катрин справилась с подступившими слезами. Да, ее ребенок погиб, и уже ничего не поправишь. Но пусть отчаяние останется в прошлом. Хватит с нее скорби, она и так уже едва не поставила крест на собственной жизни. Однако больше не позволит себе потерять уверенность в своих силах.

Женщина остановила выбор на салате и лососе, запеченном со специями, и отложила меню.

Джеф внимательно следил за ее лицом. Ничего, дорогой, ты на лице моем не прочтешь. Я научилась скрывать свои мысли. Испугался вести дела без Гордона- твои проблемы. И мнения моего не прочтешь по глазам. Хотя бы потому, что нет у меня мнения о том, как тебе поступать, как жить. Впрочем, не дадим иссякнуть беседе. Мы же нечто вроде "двоюродных" друзей. Пока есть силы на вежливость в общении, будем вежливыми.

Она подняла бровь, выказывая интерес к судьбе собеседника.

- И что же ты собираешься теперь делать?

- Еще полгода поработаю в компании, чтобы помочь людям приспособиться к переменам. После этого по условиям договора я не должен заниматься подобной работой три года.

- Три года - большой срок. Чем ты их заполнишь?

- У меня есть на этот счет кое-какие идеи.

Он посмотрел на нее выжидающе, будто они способны понимать друг друга без слов.

- А ты не догадываешься?

- Вот уж нет.- Ответ был произнесен намеренно беззаботным тоном.

- Ну что ж, тогда все несколько сложнее, чем предполагалось.

Мужчина немного помолчал, словно заново оценивая ситуацию. Женщина не стала побуждать собеседника к откровенности и сохраняла на лице выражение сдержанной заинтересованности. Тогда Томпсон решил зайти с другой стороны:

- А у тебя какие планы, Катрин? Ты ведь пришла на этот обед с какой-то определенной целью, верно?

И вдруг ее осенило: Джеф посчитал, что ее новый облик - это приманка для него. Думает, что она хочет его соблазнить! Было от чего смутиться. Да как ему могла прийти в голову подобная дикая мысль! Что же, теперь понятно, почему он посмел смотреть на нее с нескрываемым вожделением. Нужно немедленно все расставить по местам, снять с ситуации налет двусмысленности.