Экипаж

Чудовище коротко кивнуло и нажало что-то под стойкой.

Собрать экипаж удалось далеко не сразу. Остап и Суудниоо, его новый собутыльник, вовсю хлестали «пыво» (Остап называл так любой спиртной напиток), и разлучить их удалось далеко не сразу. Рудольф и Кончита закончили драться, помирились, и теперь также задушевно пили на брудершафт. Она тоже оказалась корабельным механиком. Косколито встретился со старой подругой и уже настроился взять выходной до утра. А уж когда из туалета попытались вытащить Джину... Соазссь, которому доверили эту опасную миссию, выполз оттуда сплюснутым.

На голове у него виднелась свежая и очень глубокая царапина, сквозь которую проглядывало «перо» - тонкий внутренний скелет хуассинов.

Пока Койфман созывал остальных, Ежов слегка перекусил. Еда выглядела необычно, но на вкус оказалось очень неплохо. Памятуя историю с мочевым пузырем гигантского морского ежа с Протея, которым его угостил Дельта, Михаил благоразумно не стал интересоваться, что ему подали на сей раз.

После того, как драка окончилась, бар снова превратился в респектабельное место. Заиграла музыка (больше похожая на скрип пальца по стеклу – это была ротонская музыка, а ротоны слышат совсем не так, как люди), откуда-то появились танцовщицы.

Точнее, стриптизерши – их танец заключался в постепенном снимании с себя всей одежды.

Первая девушка Ежову очень даже понравилась. Лимонно-желтая кожа, тонкие двухсуставные руки с трехпалыми кистями, роговая нашлепка на лбу, но в остальном – очень симпатичная. А вот вторая...

Вторая напоминала жирную анаконду, которую кто-то вывернул наизнанку, набил соломой и опилками и пришил к ней четыре конечности – пару тонких ног, похожих на сломанные ходули, и пару тончайших извивающихся щупальцев, оканчивающихся клешнеобразными отростками.

В довершение ко всему фантасмагорическое лицо, для описания которого нужен такой мастер, как Гоголь, не меньше.

Одежды на этой, второй, было меньше, поэтому управилась она быстрее. В конечном итоге на ней остался только розовый переливающийся гравистан облегченного типа, похожий на ленточку серпантина. Кем бы ни было это существо, гравитация «Перевала» ему не подходила.

«Красавица» особенно старательно танцевала возле дальнего столика, за которым восседали шестеро ее собратьев.

Точно такие же, только более худые и с роговой пластинкой на макушке. Им она явно казалась очень привлекательной – инопланетяне смотрели на нее и возбужденно фыркали. На всех на них были надеты почти такие же гравистаны.

Избавившись от последней детали одежды, стриптизерша нахально уселась на колени к самому крупному из этих парней и что-то громко профырчала, перемежая фырки тоненьким мяуканьем.