Экипаж

– Джина и Фрида – вот и все. Две. Половина от двух – одна.

- Ну, положим, не две, а три...

Ежов некоторое время шевелил губами, пересчитывая членов экипажа и прикидывая, кто бы из них мог оказаться третьей женщиной. Ничего не придумывалось. Сиреневый Бархат – гермафродит, это он твердо помнил еще с тех пор, когда просматривал информацию о Плывущих. А никого из остальных он просто не мог представить в этой роли...

- Дитирон, Мишенька, Дитирон, - снова прочитал все мысли по лицу Койфман.

- Кха-кха... кхаак?! – закашлялся Ежов, непроизвольно оборачиваясь в сторону уу-де-шуу.

– Он же мужик!

- В том-то и дело, что нет. Вот ты мне скажи, кого следует называть женщиной?

- Э-э-э... ну... э-э-э... – Михаил попытался нарисовать что-то в воздухе, но быстро сдался и сказал просто: - Того, кто рожает детей.

- Правильно! – обрадовался Койфман. – А у уу-де-шуу женщины не рожают живых детенышей, а откладывают яйца. У Дитирона, если присмотреться, внизу торчит кончик яйцеклада – не видел?

- Видел, но я... э-э-э... ну, в общем, не то подумал... – смутился Ежов.

- А, ну ясно, ясненько... В общем, женщина откладывает яйцо и на этом свободна.

А мужчина его потом высиживает. Очень долго высиживает. Вот потому у них роли и поменялись – у них детьми занимаются мужчины, а добычей продовольствия – женщины. Вот обрати внимание – в большинстве человеческих языков первым местоимением является «он». И только вторым «она». Почему? Да потому, что человек – существо патриархальное. Это заложено в самих биологических различиях. Почти во всех древних цивилизациях мужчина играл главенствующую роль. И только потом, постепенно, очень медленно, женщины добились равноправия. Сейчас о том, что когда-то было по-другому, никто уже и не помнит. .. это вот я историей занимался, я помню... Ну и ты, конечно, помнишь, ты же из средневековья. А у уу-де-шуу все как раз наоборот – они биологически матриархальны. Ты вот никогда не обращал внимания, что Дитирон всегда говорит о себе в женском роде: «моя»?

- Да он все слова коверкает, откуда ж я знал... И почему мне никто раньше не говорил?

- А какая разница? И потом, он женщина только биологически, а социально как раз мужчина. Воин, охотник... в первобытном обществе эти профессии всегда принадлежали самцам.

- А как же амазонки?

- Ну, правил без исключений не бывает, - резонно заметил Койфман. – К тому же историки до сих пор не подтвердили существование амазонок стопроцентно – возможно, это все-таки миф...

- «Чернильница», однозначно, - кивнул невидимый в темноте Моручи. – Только постоянная. Очень, гхрм, надежное средство защиты – поставить тут растяжку, и попробуй ее увидь... Никогда не знаешь, когда тебя изрешетят...

- Эх, нет у меня военного опыта... – посетовал Рудольф. – Сюрприз за сюрпризом...