Экипаж

Однако цесаревич Юрий был не только одним из лучших фехтовальщиков своего государства, но и блестящим ментатом – дуэль окончилась очень быстро чистой победой наследника престола. Не так-то легко сражаться, когда противник не только размахивает виброшпагой, но еще и прожигает тебя взглядом. В прямом смысле. Официально Святослав тоже считался ментатом, поэтому дуэльный кодекс Империи не возражал против подобных фокусов. В поединке ментатов разрешается использовать любые умения.

После поражения на дуэли Моручи ушел в запой. После двух недель пьянок он не нашел ничего лучшего, кроме как пойти и пристрелить цесаревича. Очень уж долго бухал – голова совершенно отказала. Конечно, у него ничего не вышло – только получил мешок люлей от охраны, вот и все его пьяное покушение. Именно после того случая Святослав Моручи бросил пить. Навсегда. С тех пор он даже видеть не мог ничего алкогольного.

За такое предполагается казнь, но Юрий Второй своим высочайшим повелением помиловал заблудшего подданного, приняв во внимание смягчающие обстоятельства. То есть – тот факт, что он, цесаревич, отбил у Святослава невесту. Император-отец Сергей Четвертый не возражал – к тому времени он настолько состарился, что с трудом мог говорить. Собственно, об этом досадном происшествии ему даже не доложили.

Моручи подвергли «Непростительной Бенефиции». Сей факт означает, что отныне ему под угрозой смерти запрещалось появляться на территории Империи. Практически в тот же день он приобрел в собственность «Вурдалака» и покинул родину.

С тех пор прошло двенадцать лет, и все это время его нога не ступала ни на одну из планет Империи. Правда, сам «Вурдалак» на эти планеты приземлялся часто. Однако согласно Галактическому Своду Законов, установленному галактами, космический корабль является чем-то вроде суверенного государства, и внутри него не действуют законы планеты, на которую он приземлился. Формально на звездолете нельзя даже никого арестовать без разрешения его капитана.

На первой же остановке – Деметре – Моручи и Косколито встретили в баре некую Джину Кроу, глушащую драконьи дозы спирта, пытаясь забыть великое горе – увольнение со службы с волчьим билетом. Заслуженным, между прочим. Так «Вурдалак» приобрел второго пилота. Несмотря на взрывной характер и природную стервозность высшей пробы, Джина вполне вписалась в коллектив – они все время грызлись с Косколито, а капитан разводил их по углам.

Спустя какие-то несколько дней экипаж пополнился четвертым членом на Персефоне – Аарон Лазаревич Койфман сам явился и предложил свои услуги связиста. Из-за своего преклонного возраста он нигде не мог найти работу, а на покой не хотелось.