Если бы только

— Ну, даже у Повелителей бывают моменты слабости, — Габи игралась с голубой прядкой в ее взлохмаченных рыжих волосах. — Маркус принес мне завтрак в постель в прошлые выходные.

— Я бы не возражала против подобного.

— Знаю, — Габи пожала плечами. — Но у меня было стервозное настроение. Я сказала ему, что он плохой Дом. Позорище среди Повелителей.

Глаза Макси едва не вылезли из орбит:

Салли покачала головой. Зная Мастера Маркуса, он, вероятно, рассмеялся и…

— Он выпорол меня настолько сильно, что мне пришлось есть завтрак стоя. Я едва не бросалась в него яйцами, но, — Габи усмехнулась, — даже своевольные сабы знают, когда стоит остановиться.

И это лучшая часть истории.

Салли прикусила губу, вспоминая бунгало. Ее наказание. Или то, как Гален прижал ее животом к кухонной стойке и продемонстрировал ей, как ощущается лед. И как она потом чувствовала себя каждый раз, когда садилась. Она никогда не испытывала подобного раньше, во время привычных сцен в клубе.

Габи откинулась на спинку дивана.

— Пока Маркус помогает в сцене с подвешиванием, у тебя достаточно времени, чтобы рассказать мне, что происходит между тобой и федералами.

Выкладывай, подруга.

Гален терпеливо ждал рядом с отдельно стоящим Андреевским крестом и улыбнулся, когда Вэнс привел Салли в подземелье. Она выглядела храброй и дерзкой, что всегда привлекало его в ней, но теперь за всем этим он мог видеть ее беззащитность, которую она очень умело скрывала.

Она послушно выполнила домашнее задание, которое он ей дал накануне. Эссе. И хотя она не изложила в деталях все то, что вытворял ее отец, Гален мог видеть своими глазами, к какому результату привели действия этого ублюдка.

А поскольку она выполняла письменное задание и, соответственно, думала, прежде чем реагировать, Салли осознала, насколько ее мыслительный процесс был запутан. Она была невероятно умной женщиной, но даже с учетом ее интеллекта проблема не могла исчезнуть в одночасье.

Он был удивлен тем, насколько упорной она была. И это замечательно, что у нее имелся внутренний стержень.

А еще по своей природе она была искрящейся, как пузырьки шампанского. Было достаточно лишь одной улыбки, направленной в его сторону, чтобы у него улучшилось настроение.

И его беспокоил тот факт, как много она стала для него значить. Боже, что ему с этим делать?

Он не хотел заводить постоянные отношения с сабой. Или с возлюбленной. Или с кем бы то ни было еще, кто может пострадать из-за его работы или поступков…или по любой другой причине. И все же мысль о том, что он потеряет ее, заставила его почувствовать, будто он на скорости врезался в стену.

Им с Вэнсом необходимо поговорить. В самое ближайшее время.

Когда Вэнс и Салли подошли, Гален скрестил руки на груди.