Если бы только

 — Салли, мне доставит удовольствие услышать, как ты просишь доставить тебе наслаждение.

Слова снова попытались застрять в горле, но ей помогло знание, что этим она угодит ему; если только сможет преодолеть свое прошлое.

Салли, заикаясь, вытолкнула из себя:

— П-пожалуйста, можете ли вы… — Боже, почему её тело съёжилось? — заставить меня кончить?

— Хорошая, послушная девочка, — пробормотал Гален, и нежность в его глубоком голосе омыла её блаженством.

— Красивая просьба, — согласился Вэнс. — Я горжусь тобой, Салли.

Гален нежно приласкал её груди, прежде чем его талантливые пальцы сомкнулись на чувствительных сосках.

Сжимая и отпуская, даря ей вспышку за вспышкой изысканной боли.

Вэнс погружался, выходил, толкался. И каждый раз его большой палец кружил по клитору, выводя её выше и выше. Толкнувшись внутрь, он потер подушечками область у самого входа, пробуждая точку G.

Вэнс встретился с ней взглядом, когда он осознанно поставил большой палец и нажал. Растёр.

Маленькая искра разгорелась в бушующий пожар. Её тело светилось, пылало и, наконец, взорвалось. Наслаждение накатывало волнами.

Шея изогнулась, когда Салли закричала, параллельно ругаясь.

После удивительно долгого времени она почувствовала, как волны отступают.

Затем она услышала, как Вэнс пробормотал: — Давай попробуем еще один.

Его пальцы толкнулись внутрь — три сразу, — растягивая её, пока он продолжал потирать большим пальцем клитор. Подобно гигантской волне цунами по ней ударил новый оргазм, снося все на своем пути.

Её собственные вопли отражались эхом в ушах, пока она задыхалась и вздрагивала от последующих толчков.

— Красавица, — сказал Гален.

Его рука на её груди была нежной, кружа и лаская измученные соски.

Вэнс поглаживал её бёдра.

Через минуту, когда Салли действительно смогла дышать, Вэнс поднял её на руки.

— Ты хорошо справилась, дорогая, — прошептал он. — Я думал, мне придётся дразнить тебя ещё полчаса, прежде чем ты попросишь о помощи.

У Дома была своя садистская сторона, искусно скрытая под заботливыми манерами. Она его ущипнула.

В ответ он молча скользнул большой ладонью между ее ног и прижался к ее сверхчувствительному лону. Его раскаленный взгляд словно давал обещание, что он будет совершенно счастлив начать весь процесс сначала, если она этого хочет.

— Извини, — прошептала она.

Морщинки у его глаз углубились от улыбки.

О, Боже, она действительно его любила.

Дрю Сомерфельд, помощник окружного прокурора, сидел за столом в своем офисе, обсуждая дело с новым стажером. Преступлениям не было конца. Правоохранительные органы сажали преступников за решётку. Ассоциация Урожая была временно закрыта, но на её зарубежных банковских счетах числилось несколько миллионов.