Если бы только

Они были такими разными! Властность Галена и непринужденность Бьюкенена, гладкие продолговатые мышцы одного и каменные бугрящиеся бицепсы второго, загадочный грек и шотландский воин, элегантность против грубой силы. Казалось, они вообще не смогли бы работать вместе, не говоря уж о том, чтоб стать напарниками, но они отлично справлялись, не допуская промашек.

Вэнс сгреб ее под мышку и повел за собой, не оставляя ей выбора… Сердце Салли колотилось, как пойманная птичка в клетке, она едва не задыхалась. Почему она все время на них ведется? С другими Повелителями таких проблем не возникало… Подчиняться ее мог заставить любой Мастер, но никто не вызывал в ней подобного трепета. Может, потому они и нагоняли на нее такой страх, что действовали вдвоем? Всякий раз, когда она пыталась настоять на своем, они играли ею, как мячиком: один кидал, другой отбивал.

И ей не нравились угрозы. Особенно от них.

— Постой здесь, Салли, — сверкнул он глазами.

Он провел пальцем по вырезу ее открытого топа, дошел до груди…

— Избавься от этого, Вэнс.

Одним движением Вэнс распустил завязки и отшвырнул ее маечку.

Впервые за все время пребывания в клубе она почувствовала желание прикрыться. Руки ее дернулись к груди, но один взгляд Куороса — и они безвольно упали вниз. Он внимательно изучал ее. Взгляд мужчины задержался на коротеньких шортах.

— Не сейчас, зверушка, — улыбка преобразила его лицо. До этого момента оно вселяло в нее ужас, но теперь вдруг стало неотразимым. С ума сойти! — Когда-нибудь мы с тобой поиграем, но не сегодня. Сегодня все только для тебя.

Гален приглашающе похлопал по краю бондажного стола и отвернулся, не заботясь о том, последует ли она его приказу. Потом до нее дошло, почему он не переживал об этом — Вэнс схватил ее за талию и усадил на стол, как какую-то куклу.

Обтягивающая футболка скрывала огромные плечи, бицепсы бугрились, как валуны. Рядом с ним она чувствовала себя крошечной.

— Ложись, — он опрокинул ее на спину.

Черт, еще и соски торчат, выдавая ее с головой. Салли попыталась отвести взгляд.

— Расслабься, Салли, — он наклонился и поцеловал ее.

Твердые губы нежно ласкали ее рот, словно уговаривая ответить. Мужчина отстранился, и Салли рванулась за ним следом. Вэнс усмехнулся. Он погладил ее по щеке и снова накрыл ее губы своими. Поцелуй стал глубоким. Интимным. Заставившим ее содрогнуться с головы до пят.

Не успела она перевести дух, как оказалась привязана к столу, с руками, плотно прижатыми по бокам. Еще один ремень охватывал талию.

— Знаешь ли ты, как я люблю связывать нахальных сабмиссивов? — голодный взгляд Вэнса говорил сам за себя.

Бьюкенен связал ее бедра, колени и лодыжки. Закончив, скрестил руки на груди и обозрел плоды своих трудов.