Фанера Милосская

Наверное, аллергия, – предположила Беата.

– Рот раскрой, – приказал Зарицкий.

Беатка стиснула зубы, но старичок нажал девушке на какие-то точки за скулами, и ее нижняя челюсть сама по себе отвисла.

– Эге, – удовлетворенно отметил Иван Петрович, – ясна картина. Тошнит?

– Постоянно, – шмыгнула носом Мальчик.

– Скачешь ночами в прокуренном помещении! – возмутился Зарицкий. – Не спишь, плохо питаешься. От такого образа жизни кони дохнут!

– Не хочу умирать в постели, – уперлась Беатка. – Лучше – бах, на сцене отдать концы.

– А почему ты не лечишься? – поразился Зарицкий.

– Сами знаете, лекарства нет.

– Вот это неверно, – улыбнулся Иван Петрович. – В Москве есть один человек, зовут его Равиль, он справляется с любой болезнью.

– А как к нему попасть? – оживилась Беата.

Старичок вынул телефон и продиктовал цифры.

– Прямо с утра звони, скажи, я послал. Но сразу хочу предупредить, Равиль странный.

– Он поможет? – с безумной надеждой спросила Беатка.

– Стопроцентно, – кивнул Зарицкий – вот только все непросто.

– Что? – испугалась Мальчик. – К нему очередь? Запись на год вперед?

– Сама поймешь, – загадочно пообещал Иван Петрович. – Но он тебя вылечит.

– И вы поехали к Равилю? – спросила я.

– Побежали, – кивнула Кристя. – Позвонили ему и тут же договорились о встрече. Ну я вам скажу, с левой резьбой врач! Но Беатке сразу стало легче. Он рекомендовал бросить болеутоляющее, навыписывал кучу лекарств.

– Да самых простых. Прямо смешно: активированный уголь, еще какие-то таблетки копеечные, названия я забыла. Представляешь, язвы у Беатки во рту мгновенно зажили.

– Но совсем хорошо ей не стало, анализы были плохие. И Равиль сказал: «Тело пытается выздороветь, а душа гниет. Надо на ментальном уровне измениться».

– Интересно, – процедила я.

– Необходимо совершать добрые поступки.

– Раздать деньги нищим.

– Понятно. Можно подумать, у вас миллионы! Нажили состояние нечестным путем? Украли, ограбили, наворовали? – обозлилась я.

– Равиль сказал, что мы в своем клубе способствуем похоти, поощряем низменные инстинкты. Мужские взгляды аккумулируют негатив, и он оседает на нас, – заученно повторила Кристя.

– От этого Беатка вся в болезни, как в паутине.

– Но ты тоже работаешь в клубе и здорова, – напомнила я.

Кристя тяжело вздохнула.

– Так фишка легла, Беатрисе не повезло. А еще Равиль сказал, что образ ребенка, выбранный ею, сильно ослабляет духовный иммунитет.

– Глупости! Полная бредятина!

– Нет, – уперлась Кристя, – просто люди еще не доросли до правильного понимания вещей.

– А вот я, кажется, подтянулась до этого уровня и могу тебе сказать, что было дальше. Равиль принялся выкачивать из Беатрисы деньги.

– Он их совсем не брал! – возмутилась Кристя. – Лечил бесплатно.