Физрук-10: назад в СССР

Инскетоморфы ими не интересовались и свалили под шумок вслед за своими предводителями. Когда все брошюрки были подписаны, я подошел к Тельме.

— Что там у них стряслось не знаешь? — спросил я у нее.

Девушка пожала плечами.

— Может, кто-нибудь попытался проникнуть за периметр. Ты же видел, у них тут строго.

— Да, немного напоминает зону. Переведенскому не привыкать извлекать истину из-за колючей проволоки.

— А ты не слишком сгущаешь краски?

— Нет. С сорок девятого по пятьдесят третий имел удовольствие вкалывать в шараге, которую чека организовала как раз по инициативе нашего членкора, только тогдашняя его затея окончилась пшиком. Нынешняя, скорее всего, тоже им кончится.

— А теперь ты с ним сотрудничаешь добровольно?

— С такими, как он, добровольно не сотрудничают.

— А-а, долгая история! — отмахнулся я и помахал конвертом. — Поехали пропивать премию!

— Вот только Илгу надо выловить.

— Иди к машине, — сказала Тельма. — Я ее сейчас приведу, твою дочку.

Граф умолк и накатил еще стакан вермута.

— И это все? — спросил его я.

— Почти, — пробормотал он. — Через неделю «Гнездовью» пришел конец. В городке давно копилось недовольство. Люди странно устроены. Пока инсектоморфы тихо жили под боком, на них никто не обращал внимания, а вот как только ими заинтересовались власти, сразу началось брожение умов. Поползли слухи, что в городе действует секта, адепты которой предрекают скорый конец света и призывают горожан к странным видам покаяния, в том числе и в виде половых извращений. Болтали, что ходят среди мирных граждан странные люди, превращают вино в воду и нашептывают детям антисоветские идеи. Дескать, милиция пытается их отловить, но они неуловимы. Стоило только кому-то связать выдуманную секту и неуловимых шептунов с обитателями «Гнездовья» и дело было сделано. Дети горожан частенько мотались в заведение Переведенского и их туда пускали беспрепятственно. Понятно, что их родители были напуганы и возмущены. В городке назревал бунт. Первые его симптомы появились как раз в день вручения мне премии. Потому майор и чувствовал себя не в своей тарелке и, связавшись с дежурным по городу, срочно вызвал к себе Переведенского. В тот день властям удалось успокоить горожан, но к воскресенью волнения только усилились. С десяток крепких парней, вооружившись дубинками, цепями и дробовиками, на мотоциклах двинулись к «Гнездовью». Охрану они связали. Видимо — потому, что та не очень-то сопротивлялась. Оборвали телефонные провода и начали громить все, что подвернется под руку. Впрочем, самих инсектоморфов не трогали, может, просто брезговали, а может потому что понимали — причинение вреда здоровью тем более — убийство — это уже совсем иная статья. И самим «тонким» и ученым и самому членкору пришлось бежать.